Dal'et

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dal'et » Наше творчество » Переспелые плоды моей больной фантазии


Переспелые плоды моей больной фантазии

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Название: Парадокс Великого Молчания
- Тип: слэш
- Размер: мини
- Бета: Ennui
- Статус: в процессе написания
- Размещение: только с моего разрешения
- Рейтинг: NC-17
- Жанр: Слэш, Ангст, Фантастика, PWP
- Саммари: Вы видели в графе "Жанры" PWP? Поэтому, я надеюсь, не будет никаких претензий к сюжету и описанию мира, ок?

Глава 1

От автора: Парадокс Великого Молчания (Парадокс Ферми) - парадокс, предложенный физиком Энрико Ферми, который подверг сомнению возможность обнаружения внеземных цивилизаций.

***

Веками жители планеты Пристис считали себя единственной расой разумных существ во Вселенной. Тридцать лет назад так считал и я. До тех пор, пока бороздившая просторы необъятного космоса эскадра не вошла в неизвестную нам доселе Галактику. Не стоит, я думаю, описывать ту рутинную работу, которую мы проделывали: забор проб грунта или многочисленные расчеты. Не смотря на все то величие и великолепие, которое открывалось моему взору при одном только взгляде на испещренное светом миллиардов звезд пространство, я испытывал разочарование. Положив столько времени и сил на учебу и продвижение по службе, я стал капитаном исследовательского корабля, но все же чувствовал, как меня угнетает безжизненность необъятной Вселенной. Разумеется, моя меланхолия не должна была никак отразиться на продуктивности работы. Весь наш народ – единый организм, стремящийся к познанию и самосовершенствованию; слаженная работа которого не должна расстраиваться по прихоти ничтожно малой составляющей.
- Капитан, - дрогнувшим голосом окликнул меня штурман, вбежавший в мою каюту.
Его лоб покрылся испариной. Я подошел к нему, недоумевая, как могла дать трещину обычная сдержанность бывалого члена моей команды. Толком ничего объяснить он так и не смог. Поднявшись вместе с ним на мостик, я замер. Впереди виднелись корабли остальной эскадры, которые выстраивались в круг у небольшой планеты. В мою память прочно засели те три цвета, в которые она была окрашена: голубой, белый и зеленый.

Как выяснилось позже, на этой планете не просто кипела жизнь – она была разумной! Поражала разнообразием форм! Наверное, не только меня, но и каждого члена экспедиции в тот день охватило чувство эйфории. Мы вышли на связь с загадочными существами. Люди. Они оказались не только разумным сообществом, но и сравнительно развитым. Это был однозначный успех и невероятная удача – сотрудничать с первобытной общиной было бы проблематично. Великое Собрание мгновенно затеяло переговоры с правительством планеты Земля. Забавно, но люди, в отличие от нас, не были единым народом, а делились на, так называемые, «государства». Мы прошли этот период устройства общества еще в прошлом тысячелетии. Физиологически они были очень на нас похожи. Однако, они отличались наличием пигмента, который придавал своеобразный цвет коже, глазам и волосам. Причиной этой адаптации послужила их звезда – Солнце. Защищаясь от пагубного воздействия излучения светила, их тела стали вырабатывать пигмент. Народность Пристис в этом плане была удивительно однообразна – белые волосы, серые, иногда красные глаза и заостренные уши: небо над нашей планетой закрывали плотные облака. И я был типичным представителем своей расы: бледнокожим, очень рослым, в сравнении с людьми, словом, от большинства моих собратьев меня отличали только черты лица и вьющиеся волосы до лопаток.
Люди… Казалось, сама природа заботливо ограждала их, защищая от воздействия извне. Наш народ напротив – был закален в постоянной борьбе с ней. Мы взяли шефство над землянами: они существенно уступали нам в развитии.

Я провел среди людей три незабываемых месяца. Наша делегация редко выходила за стены посольства – мы пугали человечков. Люди, на протяжении всего своего существования, были большими индивидуалистами - это плохо сказалось на окружающем их мире. Но культурное наследие человечества просто потрясало своим разнообразием и внешним великолепием.
Шли годы. Мы старались, по возможности, не вмешиваться в жизнь людей. Они открыто дали понять, что их устраивает доктрина полной самостоятельности. Они отказались и от нашей высокотехнологичной помощи. Гордая, маленькая раса. Да, маленькая. Они были в сравнении с нами очень низкорослыми; немногие люди могли похвастаться ростом от 2 до 2,5 метров. У нас он считался средним.
Земляне напоминают мне цветы, которые мы пересадили из безжизненного грунта Пристис в теплицы. Нуждающиеся в защите хрупкие создания. К сожалению, срок их жизни был также короток, как и у цветов. Редкие доживали до ста лет, в тоже время, наша жизнь была, как минимум, вдвое дольше. Но не я один оказался ценителем изящных плодов фантазии природы. Получив от людей отказ в тесном сотрудничестве и протекции, некоторые из нас, в основном те, кто принадлежал, прямо или косвенно, к высшим эшелонам власти, стали вступать в более тесный контакт с людьми. Часто эти контакты могли носить неофициальный характер. Так, например, высокопоставленный пристисец мог запросто прийти в больницу, школу или любое другое общественное место, желая поближе познакомиться. Эти любознательные создания в общей своей массе охотно поддерживали такие порывы: похоже, нам противилось только их правительство.
Но позже случился скандал. Сын посла Пристис забрал на родную планету земную девушку, до меня дошли слухи о том, что между ними были очень нежные чувства. Власти Земли оказались крайне недовольны и пригрозили… что вышлют наше посольство. Великое Собрание, очевидно, опасаясь уронить наш авторитет в глазах землян, пошло на крайнюю меру. Теперь любой из нас мог забрать понравившегося человека себе, предварительно внеся кругленькую сумму в качестве налога. К счастью, сумма оказалась столь велика, что немногие могли себе это позволить. Но очень многие к этому стремились. Мой приятель – капитан флагмана эскадры, обнаружившей Землю был одним из первых кто обзавелся человеком. Это была совсем еще маленькая, белокурая девочка. Он назвал ее Фани и растил, как собственную дочь, увлеченно наблюдая за ней. И, не смотря на полную гармонию, царившую в их отношениях, мне казалось, что он воспринимает ее только как игрушку. Справедливости ради, стоит отметить, что все пристисцы окружали свои приобретения заботой. Не было еще ни одного случая жестокого обращения с людьми.
Я относился к подобной практике с немым неодобрением. Если бы я задался целью накопить на человека, то через годик-другой смог себе это позволить. Кроме того, мне уже неоднократно предлагали забрать любого землянина в качестве поощрения за достижения и выслугу лет, но я упорно отказывался, не желая ломать чью бы то ни было судьбу. Но я изменил своим принципам... И за это до сих пор проклинаю себя.

Корабль нашего флота потерпел крушение у берегов Ирландии. Обстоятельства катастрофы были крайне подозрительными, и мы подозревали, что здесь не обошлось без людей, которые теперь проявляли скрытую враждебность по отношению к нам. Что ж, их нельзя было винить за это. Нашу делегацию, отправленную для расследования, разместили в Дублине. Когда мы выехали на место, нас сопровождали люди из криминальной полиции.
Мистер... Флинн? Да, кажется, именно так называли коллеги лысоватого мужчину средних лет. Он осторожно тронул меня за локоть. Я обернулся, разражено нахмурив брови. Но в это же мгновение, как я его увидел, мое раздражение сменилось жалостью. Флинн выглядел осунувшимся, под глазами у него залегли темные тени.
- Господин Ципрей, - взмолился он без лишних предисловий, - мне просто жизненно необходимо поговорить с вами.
- О чем же? – я удивленно приподнял брови.
Он потянул меня немного в сторону от членов делегации и сопровождающих их криминалистов. Я понял, что он намеревался поговорить с глазу на глаз. Но, в свете последних событий, с моей стороны легкомысленно было бы оставаться ним наедине.
- Нет, - отрезал я, - говорите здесь о том, что вам нужно.
Люди обернулись, заинтересованно глядя в нашу сторону, пристисцы же, деликатно делали вид, что ничего не замечают.
- Как скажете, - неожиданно согласился Флинн и затараторил, - мой ребенок… мой сын, у него рак крови. Вот уже три года мы пытаемся победить болезнь, но все тщетно. Он уже и сам отчаялся, а это, я думаю, самое страшное. Помогите. Умоляю!
Я громко фыркнул. Мне было жаль незнакомого мне ребенка, но…
- Ваше правительство отказывается принимать нашу помощь, боюсь, вам придется обходиться собственными средствами, - холодно отозвался я.
Полицейский нервно заламывал руки, не обращая внимания на своих сослуживцев, которые во всю глазели на нас.
- Но этим вы обрекаете его на смерть! – взвизгнул Флинн.
С одной стороны, мне, конечно же, было несложно передать мальчика в руки нашим медикам, которые в два счета исцелили бы его от недуга. Но, что если это очередной, хитро спланированный теракт или попытка шпионажа?
- Хорошо, - неохотно согласился я, - однако, у меня есть следующие условия: приведите мальчика через неделю на это самое место, я заберу его и передам врачам, но обратно ваш сын уже не вернется.
Мужчина задумался. Было видно, что он колеблется.
- Да, - решительно выпалил он, - я согласен. Мы сделаем все, как вы сказали.
Я молча кивнул.

Неделю спустя, накануне отправки части нашей делегации на Пристис, Флинн привел сына. Я был занят и, не оборачиваясь, кивнул, когда полицейский тихо позвал меня. Больной ребенок с отцом ждали меня еще какое-то время. Сегодня был последний день моего пребывания на Земле: сразу же с места происшествия я должен был оправиться на посадочную площадку корабля. Это радовало – я не мог больше выносить той напряженности, вызванной нашим присутствием, которая царила в атмосфере.
Я подошел к Флинну. Оглядевшись, я не увидел рядом с ним мальчика.
- Где же ваш сын? – устало поинтересовался я.
Полицейский замялся.
– Простите, я сейчас приведу его – он спит в машине.
Я ждал их, оглядывая неспокойное море. Пристисцы уже закончили работу и теперь упаковывали приборы.
- Господин Ципрей.
Я обернулся. Наверное, именно с этого момента и началось мое тихое помешательство. Прямо напротив меня стоял, вцепившись отцу в предплечье, сын мистера Флинна. Вопреки моим ожиданиям, это был вовсе не ребенок. Юноша. Вид у него и впрямь был болезненный, но это не помешало мне единомоментно решить для себя, что я не просто отправлю его к врачам, а еще и, воспользовавшись привилегией, заберу молодого человека себе.
Он был невысоким даже в сравнении с остальными людьми. Мне он показался и вовсе миниатюрным. Очевидно, за время болезни юноша исхудал. Овальное личико, впалые щеки, бледные губы. Глаза у него были насыщенно-синего цвета, но взгляд мне показался мутным. В его черных волосах проклюнулась седина, придавшая им серебристый отлив. Они едва доходили до плеч и завивались на концах. Внезапно я вспомнил, что люди лечат рак воздействием радиации, отчего волосы у больного выпадают. Значит, он и впрямь безнадежен.
- Вот, - заговорил, наконец, мистер Флинн, обеспокоенный моим затянувшимся молчанием, - это мой сын. Кейси.
- Он может идти сам? – мне было привычней вести диалог с полицейским – я словно подсознательно оттягивал момент начала общения с самим юношей.
Молодой человек нахмурился. Его отец на одном дыхании пролепетал: «Да-да».
- Тогда иди за мной, - скомандовал я Кейси, и, развернувшись, направился к своим.
Я оглянулся, только когда не услышал позади себя шагов. Мой человечек стоял, крепко обнявшись со своим отцом. Взглянув на меня, юноша отошел от него. Глаза криминалиста были полны слез, но Кейси держался. Мистер Флинн выглядел совершенно безумным. Он только крикнул мне: «Спасибо!», садясь в машину.
А я… я чувствовал себя счастливым. Я нервно барабанил кончиками пальцев по бедру всю дорогу до посадочной площадки. Меня не на шутку взволновало душевное состояние моей птахи. За физическое я и не беспокоился. Очистить его организм от раковых клеток вполне по силам даже штатному медику нашего корабля. Не откладывая лечение на потом, я сразу же отвел его в медицинский отсек. Наш врач - Нереис, поприветствовал его на ломаном английском. Кейси кивнул. Странно, но за все это время я так не услышал от него ни слова. Может, он немой? Нереис выставил меня в коридор и сказал, что я могу зайти через час.
И вот, ровно час спустя, я стою у входа в медицинский отсек. Врач выходит вместе с Кейси.
- Ну вот, - улыбнулся мне первый, - положено начало лечению. Думаю, за неделю мы окончательно поставим его на ноги.
Он протянул сосуд из матового стекла мне в руки. «Это надо пить вечером по одному стакану»,- напутствовал врач и, подмигнув юноше, удалился. Оторвавшись от созерцания склянки, я поймал на себе внимательный взгляд молодого человека. И в этот момент он впервые заговорил со мной.
- Могу я заб’гать лека’гство? – мурлыкнул он, - мне вовсе не хочется быть для вас обузой.
За что мне такое искушение? Он даже картавит очаровательно. В горле встал ком. После секундного замешательства, я ответил:
- Нет.
Это прозвучало неожиданно грубо. Я и сам был в замешательстве. Впервые мой язык работал вперед моего разума.
- Почему ты вообще решил, что это твое лекарство?
Действительно странно, ведь медик говорил не на человеческом наречии.
- Не’геис сказал мне пе’гед тем, как мы вышли к вам, - удивился Кейси.
«Ну, разумеется»,- мысленно посетовал я. А вслух сказал:
- Никогда это лекарство не попадет в руки к человеку.
Юноша обижено поджал губы, но промолчал. Я же, словно неопытный недоросль, совершенно не знал, как себя с ним вести. Как вообще стоит вести себя с человеком в неформальной обстановке.
- Пойдем, - я развернулся и зашагал вдоль по коридору, - я покажу тебе твою каюту.
Шли мы молча. Оказавшись в каюте, он сразу же бросил свой наполовину пустой рюкзак на пол, с интересом разглядывая обстановку.
- Завтра мы прибудем на Пристис. А вечером я занесу тебе лекарство.
Отчеканил я и поспешно покинул Флинна-младшего. Этот человек вносил большую смуту в мою душу. С каких пор я стал таким чувствительным?.. Как говаривала еще моя матушка: «Он съел мое сердце». Но я избавлен от необходимости завоевывать его – он уже мой. Остальное – мелочи; он в долгу передо мной. Мой малыш обязательно ко мне привыкнет.
Вечером я, как и обещал, пришел к нему. В моих руках был стакан с прописанным лекарством. Кейси сидел на кровати, уткнувшись в свой планшетник. Я нахмурился.
- От этого тебе придется избавиться, - строго сказал я и забрал у него из рук примитивное творение рук человеческих, - не хватало мне еще шпионажа на корабле.
Юноша был явно недоволен, но и на сей раз смолчал. Я сел на кровать и поднес к его кубам стакан. Он потянулся к нему руками, намереваясь забрать у меня лекарство.
- Пей так, - рыкнул я.
- Pa’hanoiac* (ориг. звучание: Paranoiac – параноик, англ.), - фыркнул несносный человечишка, но послушно осушил весь стакан.
Я могу похвастаться неплохим знанием английского, но я так и не понял, как именно он меня назвал. Трудно описать те чувства, которые я испытывал, когда он пил из моих рук.
- Моя умница…
Я не удержался и осторожно погладил его по волосам. Тот отшатнулся – его, похоже, пугала неожиданная перемена в моем поведении. Спустя мгновение, я и сам понял, насколько странно выглядел мой порыв. Я молча встал и вышел, решив не пугать его еще больше. Завтра его ждет день полный сюрпризов.
За все время полета я так и не сомкнул глаз, радуясь тому, что теперь обзавелся собственным земным цветочком, который был словно создан для меня: сообразно с моими предпочтениями и желаниями. Такой нежный, нуждающийся в постоянной опеке. Моей опеке.
Когда мы прибыли на Пристис, по обыкновению дул холодный ветер. Человек округлил глаза, когда увидел меня в парадном мундире. Да, он был несколько замысловатого покроя. Но, на мой взгляд, эта форма стального цвета только украшала мужчину. Кейси шел рядом со мной и постоянно вертел головой, оглядывая непривычный для него пейзаж. В сравнении с Землей ландшафт нашей планеты выглядел и впрямь экзотично: безжизненная серая пустыня, вдоль горизонта которой тянулась рваная линия скал.
Со вчерашнего мы так и не сказали друг другу ни слова. И, кажется, нас обоих угнетало такое положение вещей. Но, если юноша просто не решался заговорить со мной, то я не считал нужным это делать – я становлюсь груб с ним, а мои неожиданные поползновения его явно пугают.
К нам подошел Нереис, молодой человек приветливо ему улыбнулся. Врач распрощался с нами, похлопав Кейси по плечу, и удалился, сообщив, что навестит нас на днях. Проводив его взглядом, юноша повернулся ко мне:
- А ‘газве я буду жить у вас? – мне показалось, что в его голосе прозвучал страх.
Я положил руку ему на плечо. Пора, похоже, корректировать свою линию поведения.
- Твой отец попросил именно меня приглядеть за тобой.
Он удивленно моргнул.
- Идем, - вздохнул я.
Несносный человечек. Он плелся за мной с таким удрученным видом, что я начал испытывать легкое раздражение. Что я мог поделать? Эти странные ощущения… Я столкнулся с ними впервые.
Дома меня ждал слуга. Молодой пристисец, побритый на лысо. Что поделаешь – мода. Увидев Кейси он принялся откровенно на него пялиться. Флинн, в свою очередь, не остался в долгу. Гляделки прервал я:
- Бози, приготовь ему комнату, - бросил на пристиском наречии и потянул гостя за собой в глубь дома.
Напоследок они еще раз оглянулись друг на друга. Внезапно я вспомнил об одной маленькой детали.
- А потом закажи пошив левиты, – крикнул я скрывшемуся за поворотом парню.
Левита (одежда, напоминающая сюртук, который в свою очередь напоминает легкое пальто или длинный пиджак, с надетой под него белой рубашкой и зауженными брюками – прим. автора), по моему уразумению, должна была только подчеркнуть его природное изящество. Почему-то всех людей на Пристис одевали именно так.
- Присядь, - я указал ему на кресло у входа.
Он молча сел, бросив рюкзак себе под ноги. Мне захотелось прямо сейчас отобрать у него скудную поклажу. Это единственное, что связывало его с домом. С прошлой жизнью, которая ограждает его от меня. Отвернувшись к окну, я начал свою недолгую, заранее заготовленную речь:
- Всю оставшуюся жизнь тебе придется провести на Пристис. Об этом, я полагаю, тебе сообщил отец. Люди боятся нас, уже были попытки шпионажа и диверсий… Мне остается только утешить тебя тем, что жители Пристис, вне зависимости от расовой принадлежности, живут вдвое дольше, чем жители Земли. Наша медицина необыкновенно развита. Думаю, через пару лет ты окончательно освоишься и смиришься.
Он судорожно сглотнул.
- Не могли бы вы оставить меня одного? – дрогнувшим голосом попросил Кейси.
Я молча удалился.
Вновь я вошел в главную комнату уже в сопровождении Бози, который нес в руках пару свертков с одеждой для молодого человека. Флинн сидел в том же положении, в каком я его оставил и сверлил отсутствующим взглядом пейзаж за окном.
- Кейси, - я забрал у слуги его ношу и протянул человеку, - это тебе. Там одежда. Сейчас Бози проводит тебя в твою комнату.
- Хорошо, - отозвался юноша.
Он ушел, прихватив с собой свой рюкзак. А я опустился в кресло, где недавно сидел молодой человек, и с досадой хлопнул ладонью по подлокотнику. Меня решительно не устраивало его поведение. Впрочем, глупо было ожидать того, что он сразу же проникнется ко мне симпатией. Вот только, к Нереису он явно расположен больше. Но ведь это именно я внемлил просьбе его отца и взял на себя ответственность за жизнь незнакомого мне существа. Хотя, мне вовсе не важно, что думает на сей счет мой человечек. Я, вне всяких сомнений, гораздо лучше знаю, что ему нужно.
Резко поднявшись, я направился в его комнату. У дверей меня ждал Бози.
- Выгнал, - пожал плечами тот.
Я ухмыльнулся и вошел. Левита черного цвета необыкновенно шла ему. Эта одежда была привычной для меня – я и сам носил нечто похожее в Академии. Но на нем она смотрелась совершено особенно. Мой взгляд упал на ненавистный мне рюкзак, валявшийся неподалеку.
- Забери его, - приказал я прокравшемуся в комнату слуге, - и старую одежду тоже.
Бози кивнул и, сделав то, что ему было велено, убрался прочь. Человек резко выдохнул и помчался за ним с криком «Нет».
Я поймал его поперек таллии и, с силой надавив на узкие плечи, усадил на кровать. Флинн тяжело дышал и смотрел на меня с откровенной яростью. Я встал перед ним на колени, при этом наши глаза оказались на одном уровне. Он предпринял попытку снова вскочить, но я без труда вернул его на прежнее место. Кейси силился выдернуть свои предплечья из захвата моих рук.
- Ты уже никогда не получишь ох обратно, - холодно отозвался я, - мне вовсе ни к чему лишние сантименты. Это твой собственный выбор.
- Зачем отбе’гать последнее, что у меня осталось? – выплюнул молодой человек.
Мне не было жаль его в этот момент. Я думал только о том, что, наконец, заполучил мою птаху полностью. Ну же, не будь таким строптивым. Не противься мне. Его взгляд обжигал меня презрением. Меня коробила эта его воинственность. Нет. Вовсе не так ты должен вести себя, моя нежность. Мне нужны твоя покорность и привязанность. А я в ответ подарю тебе всю ту слепую любовь, на которую только может быть способен изгнанник, впервые узревший красоту творений земной природы.

+1

2

Глава 2

Я привлек его к себе, обдав горячим дыханием белую кожу, и с наслаждением провел языком по прохладной щеке. Наверное, это и было мгновение абсолютного счастья. Я понял, чего искала моя душа все эти годы, отчего я в последнее время чувствовал сосущую пустоту внутри. Познать это хрупкое совершенство – вот чего я жаждал.
Тут произошла неприятная неожиданность. Юноша медленно запрокинул голову и ударил меня лбом по носу. Я отпустил его, поднеся руки лицу, и зажмурился от острой боли. В то же мгновение молодой человек выскочил из комнаты. Не медля ни минуты, я побежал за ним. Мне не составило никакого труда сразу же поймать Кейси, вновь заключив его в свои объятия. На шум подоспел Бози.
- Транквилизатор. Быстро!
Слуга умчался выполнять приказ. Сказать, что человечек отчаянно бился в моих руках, значит, ничего не сказать. Раздался треск ткани – это проказник порвал рукав мундира.
- Нет, - прошипел я ему на ушко, крепко прижав к себе сорванца, - Я не позволю тебе все испортить!
К нам подбежал Бози. Я удерживал голову юноши так, чтобы слуга мог сделать инъекцию прямо в сонную артерию. Почувствовав укол, молодой человек зарычал, после этого он продолжил свои попытки избавиться от моих настойчивых объятий. Вдруг взгляд его остекленел, и сопротивление прекратилось. Бози поспешил вернуться к своим обязанностям. Я поднял Кейси на руки и понес его в свою комнату.
- Ну, вот и славно…
Я сел в глубокое кресло, стоявшее напротив огромного, во всю стену, окна, устроив у себя на коленях мою крошку. Обнимая его за талию одной рукой, я придерживал ладонью темноволосый затылок, вглядывался в темно-синие глаза. И просто млел - нестерпимо приятно было видеть его таким. Живой идеал, сводящий меня с ума. Ты ранишь меня своей неуступчивостью. Я наклонился ближе к лицу юноши.
- Никогда, мое совершенство, - шептал я, – ты уже никогда не станешь свободным. Я погорячился, предоставив тебе отдельную комнату. Непослушный человечек, теперь ты всегда будешь находиться подле меня.
Я медленно поцеловал высокий лоб, а потом, не в силах остановиться, я начал покрывать короткими поцелуями его носик, щеки, скулы и волосы, вдыхая их аромат. Таких ярких, естественных запахов не было на моей планете.
- Сегодня, - наконец, оторвавшись от него, вкрадчиво сказал я, - на Пристис появился новый житель. Кейси Ципрей. Тебе нравится?
С его губ сорвался короткий вздох. Он погрузился в глубокий сон, навязанный препаратом. А я просто смотрел на него и не мог отвести взгляд от мерно вздымающейся груди и невесомо трепетавших голубоватых век.
Я проснулся, как только почувствовал, что из рук исчезла приятная тяжесть. Кейси слез с моих колен и пятился назад, со страхом глядя на меня. Его заносило. Он не мог даже прямо стоять. Очевидно, действие транквилизатора еще не прошло. Я встал и протянул к нему руки:
- Иди ко мне…
- Нет, - замотал головой юноша, накрыв ладонями уши, - не хочу! Не подходите!
Мне стало невыносимо больно от этих слов. В этот момент я чувствовал только эгоистичное желание избавить себя от боли.
- Теперь ты не принадлежишь даже самому себе! Ты мой! Только мой! Чем быстрее ты свыкнешься с этой мыслью, тем проще тебе будет жить.
Я осекся. Медленно, опасаясь спугнуть, подошел к нему.
- Меня не надо бояться. У меня и в мыслях не было причинить тебе вред. Я отдал тебе свое сердце, а ты топчешь мои чувства, пресекая любые попытки их проявления…
Может, мои слова прозвучали очень искренне, а может, он что-то решил для себя, но юноша опустил руки и пристально взглянул на меня снизу вверх.
- Вы очень ст’ганно ведете себя… - тихо сказал молодой человек, - так не поступают с людьми, кото’гых любят.
Я опустился перед ним на колени.
- Глупенький… - мягко сказал я, - да что ты знаешь о любви? Я и сам не в состоянии до конца постичь природу того чувства, которое впервые испытывал, увидев тебя. Да, я был несдержан, груб, слишком быстро наделся сблизиться, но поверь, ты с лихвой отплатил мне за это своим неприятием. Послушай, Кейси, верни мне только сотую долю того, что я чувствую. Мы доведем лечение до конца. Ты будешь счастлив, будешь абсолютно здоров.
- Господин Цип’гей, мне кажется, что в своей влюбленности вы убеждаете себя сами, - с некоторым облегчением выдохнул человек, - да и я никак не смогу ответить на ваши чувства. ‘Гади спасения собственной шкуры я покинул любимую девушку. Семью. Я чувствую только го’гечь и п’грезрение к самому себе.
Зря, очень зря он упомянул о «любимой девушке». Я тут же вскочил и принялся с силой трясти его за плечи. Перед глазами стояла белая пелена; я не собираюсь ни с кем делить его. Наверное, это и есть ревность.
- ЗАМОЛЧИ! – взревел я, - маленькая тварь. Я промою тебе мозги! Дочиста, слышишь? Сделаю все для того, чтобы у тебя не осталось ни единого воспоминания о прошлом. Чтобы у тебя ничего не осталось.
К счастью, в этот момент я замолчал и едва ли не выбежал из комнаты.
В тот день пришел Нереис и много времени провел вместе с Кейси. Он вышел от человека мрачнее тучи.
- Лечение не дает нужного эффекта? – забеспокоился я.
Врач громко фыркнул.
- Когда я вошел, он сидел на полу, уставившись в одну точку, - пожал плечами мой приятель.
Мы помолчали какое-то время, затем он выдал:
- Ты мучаешь его, пытаясь навязать свои чувства. Не будь дураком. Ты же знаешь, что добрая половина людей, оказавшихся на Пристис прошла через нейрокоррекцию. Просто отдай его мне на два часа и обратно ты получишь именно того Кейси, которого хочешь видеть. Он покорится; между вами возникнет полное взаимопонимание. Ты никогда не пожалеешь о своем решении.
- Хорошо, - прервал я медика, - я подумаю над этим.
- Тут нечего и думать! У вас не тот случай, когда можно обойтись без постороннего вмешательства. Не трать свои силы на пустую борьбу с его упрямством.
Опять воцарилось молчание, которое нарушил я:
- Что с ним сейчас?
- Я провел все необходимые процедуры. В данный момент он спит.
Он запустил руку в карман своего халата, выудил оттуда ампулу и протянул ее мне.
- Этот препарат пользуется большой популярностью среди тех, кто владеет людьми. Думаю, тебя порадует эффект.
Чуть позже Бози выпроводил Нереиса, а я отправился в свою комнату, сжимая в ладони подаренную им ампулу. Едва выйдя из холла, я наткнулся на Кейси. Он подслушивал? Я открыл, было, рот, но все же решил не кидаться на него с обвинениями. Тем более, он не смог понять ни слова из того, о чем мы говорили. Юноша испуганно посмотрел на меня и отступил на пару шагов назад. Я молчал, не зная, что мне сказать, как оправдать свое недавнее поведение. Молодой человек, воспользовавшись моим замешательством, поспешил ретироваться.
Нашел я его у себя в комнате. Он сидел в кресле, обхватив руками колени.
- Кейси, - позвал я.
Человечек медленно поднял на меня глаза. Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. Первым, как ни странно, заговорил он:
- Знаете, а ведь на Земле есть очень много юношей и девушек, кото’гые бы охотно согласились быть с вами и не создали бы вам никаких п’гоблем.
Я с силой сжал руки в кулаки и внезапно почувствовал острую боль. Ампула, которая была у меня в руках, треснула, осколки впились в кожу. По пальцам струились кровь и бесцветное содержимое ампулы. Но я не обратил на это внимание.
- Ты говорил о том, что любишь некую девушку, - начал я дрогнувшим голосом, - может, мне стоит подыскать тебе кого-то здесь, на Пристис, и ты отдашь свою любовь ей?
Юноша опустил ноги на пол и сел прямо, пристально глядя на меня.
- Это неудачное с’гавнение, - фыркнул он.
Опустив взгляд, молодой человек обратил внимание на мою пораненную руку.
- У вас к’говь…
Внезапно я почувствовал неприятную тяжесть в желудке, но, не придав этому значение, продолжил беседу:
- Почему ты считаешь мое сравнение неудачным?
Моя птаха задумчиво отвела взгляд в сторону. Его глаза в полумраке казались абсолютно черными. Мое дыхание участилось.
- Ваше поведение… Иногда мне кажется, что я полностью без’газличен вам или даже вас ‘газд’гажаю, но иногда в вас будто вспыхивает непонятная ненависть ко мне.
Я горько усмехнулся.
- Вот значит как.
Тут я ощутил, как кровь стучит в висках. Я молча смотрел на Кейси и чувствовал, как на меня накатывает возбуждение. Попытки взять себя в руки были тщетны. Не знаю, как я выглядел этот момент, однако человечек нахмурился.
- Вам плохо?
Я подошел вплотную к креслу и склонился над ним. Мое возбуждение все росло. Быть может, будь сейчас на месте объекта моей страсти Бози, я бы сдержался… Но только не с ним. Это не было похоже на меня; голова была совершенно свободна от мыслей. Я никак не анализировал ситуацию. Я только хотел. Иступлено.
- Только не надо опять. Пожалуйста!
Но я не слышал воплей моего маленького искусителя. Я видел только бледные губы и тонкую шейку, видел левиту, которая скрывала от моего взора большее. Я обхватил своими ладонями его лицо. Поцелуй. Самый сладкий в моей жизни, но только губы, которые я целовал, были плотно сомкнуты. Я спустился к шее, засасывая нежную кожу в рот, прихватывая зубами. Отвлек меня кулачек, который заехал мне точно в ухо, но, перехватив тонкие руки, я продолжил. Не мог оторваться. Наверное, Кейси что-то кричал и, конечно же, он сопротивлялся, но я ничего уже не соображал. Я на мгновение отрезвел уже тогда, когда верхняя часть левиты была спущена, открывая его плечи, а юноша, яростно рыча, вцепился зубами мне в щеку. Я отстранился от него, вцепившись в подлокотники.
- Пошел вон, - обессилено прошептал я.
Молодой человек прытко нырнул под мою руку и юркнул за дверь. С трудом удерживая себя от того, чтобы догнать его, я поплелся в купальню. Купальня, как это принято на Пристис, состояла из трех небольших бассейнов, в которые нужно было поочередно окунаться в процессе омовения. Споро раздевшись, я нырнул в один из них. Однако, прохладная вода ничуть не помогла мне унять похоть. О том, что я сделал потом стыдно вспоминать. Я остервенело тер и мял восставшую плоть.
Кажется, я испытал три или четыре оргазма. Я чувствовал невыносимую слабость во всем теле. Сомнений не было – так на меня подействовал препарат Нереиса, случайно попавший в кровь. Страшно подумать, что я сделал бы с Кейси, если бы не нашел в себе силы прогнать его. Хотя… Что было бы, примени я препарат по прямому его назначению?
В глазах у меня помутнело, и я рухнул на кровать, мгновенно отключившись.

Не знаю, как долго продлилось мое забытье. Очнувшись, я оделся и наспех обработал рану в злосчастной купальне. Внезапно включилась встроенная в стену панель, раздалось тихое попискивание. Интересно, кому я сейчас понадобился? На экране появилось расплывшееся в улыбке лицо моего старого знакомого – Аннелиды.

Через полчаса я спустился вниз. За обеденным столом сидел Кейси, который с аппетитом жевал яблоко – семена этих растений мы привезли с Земли. Инопланетные фрукты не пользовались особой популярностью среди жителей Пристис, однако, я попросил Бози купить на пробу экзотическую пищу. Ноги сидящего на стуле юноши не доставали до пола – мебель производилась в соответствии с пропорциями тел пристисцев. Я умилился этой картине. На заднем плане хлопотал слуга. Обернувшись на звук шагов, человечек замер.
- Вкусно? – миролюбиво спросил я.
Бози с тихим вздохом удалился. А мой миниатюрный собеседник испугано отложил яблоко.
- В чем дело? Эти плоды как-то отличаются по вкусу от тех, что растут на Земле?
Он продолжал молчать, даже немного отодвинулся от меня. Я со вздохом опустился на соседний стул.
- Прости меня, Кейси. Я…
Что можно было сказать в такой ситуации?
- Что было в той ампуле, кото’гую вы ‘газбили? – настороженно спросил молодой человек.
Я промолчал, а после неуклюже попытался перевести тему.
- Сегодня мы ждем гостей.
Человек в недоумении округлил синие глаза.
- Мы?
Я улыбнулся, вставая из-за стола.
- Да.

+1

3

Глава 3

И вот на пороге моего дома стоял Аннелида с чемоданчиком в руке. Причем, явился он не один. Этот пройдоха, который никогда не отличался размером своего капитала, невесть где раздобыл деньги, для того, чтобы оплатить налог на приобретение человека. Он уже пару лет жил вместе с парнем, по имени Куви. Я знал, что это имя не было дано ему от рождения и Аннелида, после нейрокоррекции, решил сменить его. Мне же нравилось имя моего подопечного; у него было такое мягкое звучание…
Куви был на две головы выше Кейси, поджар и светловолос. Его карие глаза всегда были прикрыты и выражали отстраненность. Впрочем, эта отрешенность не была индивидуальной чертой Куви: все люди прошедшие эту процедуру отличались апатичностью.
- А вот и мы! – просиял Аннелида, - ну, давай же, покажи мне своего малыша.
Малыш, к слову, сейчас был в нашей комнате и ему давно полагалось спуститься.
- Бози… - рассеяно позвал я.
Слуга кивнул и поднялся наверх. Гости заняли диван у входа, я опустился в кресло напротив. Послышались шаги. Вошел Бози, вслед за ним с удрученным видом плелся Кейси. Его блуждающий взор остановился на Куви.
- О, - воскликнул мой приятель, а человечек вздрогнул от неожиданного возгласа, - какая красота! Просто прелесть!
Моя птаха испугано посмотрела на меня.
- Что он сказал? – полушепотом спросил юноша.
Я усмехнулся.
- Он очень рад знакомству с тобой.
Аннелида тем временем похлопал по плечу сидящего рядом Куви.
- Ну, что же ты? Будь вежливым мальчиком – поздоровайся.
Молодой человек послушно встал и протянул Кейси руку, тот в ответ пожал ее.
- И где он этого набрался? – шутливо посетовал мой собеседник, - наверное, отголоски былых воспоминаний.
Затем он словно опомнившись, хлопнул в ладоши и залепетал:
- Вам двоим, наверняка, совсем не интересно будет присутствовать при наших скучных беседах.
Куви кивнул и, не отпуская руки юноши, потянул его за собой, вслед за Бози.
Когда они вышли, Аннелида откинулся на спинку дивана с довольной улыбкой.
- Милейший малыш, - мечтательно произнес он, - повезло тебе, не иначе. Как его, кстати, зовут?
- Кейси.
Мой приятель поморщился.
- Ты оставил его прежнее имя? Впрочем, это неважно. Чудесное создание, но по всему видно, совсем невинное. Или ты предпочитаешь любоваться со стороны? - хохотнул собеседник.
Я раздраженно повел рукой, Аннелида умолк.
- Это не твое дело, - огрызнулся я.
Глаза сидящего напротив округлились.
- Стало быть, не подпускает? Но ничего, мой Куви был таким же диковатым. Это поправимо. Теперь он стал очень послушным мальчиком.
Я расслаблено улыбнулся.
- Мне доставит определенное удовольствие воспитать моего человечка самостоятельно.
Аннелида провел рукой, затянутой в перчатку по серебристой поверхности лежащего на коленях чемоданчика.
- Вот значит как, - хитро улыбнулся он, - в таком случае, я не ошибся с подарком.
Он протянул мне свою ношу.

Какое-то время мы беседовали на отвлеченные темы. Аннелида пересказывал мне последние слухи и живописал недавние события, которые я пропустил за время длительных полетов. Его подарок возмутил меня, но в то же время, он являлся вещью, несомненно, нужной. В чемоданчике лежали пять серебристых предметов фаллической формы разной длины и размера, а также баночка с известным содержимым. Нахал.
Когда подошла пора прощаться, я отправился в свою комнату, ожидая обнаружить там Куви и Кейси. Аннелида поплелся за мной. Мы застали весьма странную картину.
Куви смирно стоял у стены, отвернувшись к окну, а моя птаха сидела на кровати, с ужасом глядя на него. Губы у юноши подрагивали.
- Я думаю, вам пора, - затараторил я, силясь понять, что на этот раз встревожило нежного человечка, - Бози проводит вас.
Приятель кивнул.
- Куви, попрощайся.
Молодой человек склонил голову, пролепетал: «До свидания» и вышел вслед за хозяином. Мы с Кейси остались наедине. Я поставил на пол злосчастный чемоданчик и сел рядом с ним на кровать, медленно проведя ладонью по его спине. Он вздрогнул и отодвинулся.
- Что такое? – устало поинтересовался я.
Человечек опустил голову.
- Он пуст… этот Куви, он словно кукла. Я попытался завести с ним ‘газгово’г, а он… он будто машина. Ваш сегодняшний гость, - его голос дрогнул, - монст’г.
Я наклонился к нему.
- Почему же ты так считаешь?
- Он что-то сделал с ним. Он убил его душу и восп’гинимает это как должное.
- Глупости. Процедура нейрокоррекции - частая практика.
Кейси скривился.
- Меня ожидает такая же участь?
В этот момент, если бы я только мог, я начал бы все с начала. Мой цветок, это хрупкое создание, которое навсегда похитило мое сердце. Он боялся меня, в его глазах читался ужас, который внушил ему я. Сейчас я готов был уверить его в том, что никогда не отдам его на нейрокоррекцию, что никогда не стану тем, кто причинит ему боль; не потому, что так хочу я, а потому, что это так пугает его. Лишь бы не видеть этот страх в его глазах. Но, вместе с тем, я уцепился за единственную возможность добиться от него послушания. Шантажом.
- Почему бы и нет?.. Это сгладило бы многие углы в наших взаимоотношениях.
Его глаза странно заблестели. Кейси сильно побледнел и бессознательно подался вперед, с мольбой глядя на меня.
- Не надо, господин Цип’гей, я умоляю вас, - прошептал он.
Я осторожно протянул к нему руки и обнял за плечи, не встретив сопротивления.
- Кейси… - выдохнул я, - так заставь меня отказаться от этой идеи. Убеди, что и без ненавистной тебе процедуры я смогу рассчитывать на твое благоразумие.
Юноша кивнул, отвернувшись от меня. Я встал с постели.
- Отлично, - облегченно вдохнул я, - теперь тебе, я думаю, стоит хорошенько выспаться. А я ненадолго отлучусь.

Мне нужно было заглянуть к непосредственному начальству с отчетом о проделанной работе. Признаться, в последнее время я и думать о нем забыл. Пришлось импровизировать. Но, тем не менее, все остались довольны. Уже после окончания моего доклада, в неформальной обстановке я был приглашен на очередной прием, который устраивал командор. Причем, последний дал понять, что хотел бы видеть меня на торжестве вместе с моим подопечным. Я согласился: в конце концов, Кейси не помешало бы развеяться.

Вернувшись домой, я первым делом отправился в свою комнату. Человечек мирно спал, свернувшись калачиком. Его волосы все еще были мокрыми после купания. Я прямо в мундире лег поверх одеяла и положил руку на его плечо.

Отредактировано Рори Киаран (2012-04-27 14:36:16)

+1

4

Глава 4

Осторожно убрав пряди волос с его шеи, я коснулся губами теплой кожи. К счастью, мои действия никак не потревожили сон Кейси. Покрыв короткими поцелуями шею, я медленно перешел на скулы. Восхитительно. Окончательно разомлев, я поцеловал приоткрытые губы. И мгновение спустя застонал от боли. Человечек соскочил с кровати, отойдя к окну. Я оторопело коснулся рукой подбородка. Он прокусил мне кончик языка. На губах у меня была кровь. Я нахмурился и поднялся, направляясь к выходу. Но путь мне преградил Кейси.
- П’гостите, - прошептал он, - это вышло случайно. Я не хотел сделать вам больно…
Резко остановившись, я пристально посмотрел на юношу. На нем была белая камиса (разновидность домашней одежды, используемая преимущественно для сна, очень напоминает пижаму – прим. автора), которую, очевидно, выдал ему Бози. Нижние веки и бледные губы, припухшие со сна. Он был совершенно растерян. Я подхватил его под бедра и приподнял, прижавшись щекой к его щеке. Моя птаха вздрогнула.
- Ну-ну, - я погладил узкую спинку, - такой хрупкий и такой воинственный… Ты решил изувечить меня, моя нежность?
Последнюю фразу я произнес касаясь губами его волос и усадил обратно на кровать. Он замер, напряженно наблюдая за мной. Я сел рядом.
- Я не сержусь на тебя, - заверил я юношу, - вот только, чтобы я окончательно забыл об этом недоразумении…
Кейси судорожно сглотнул. Я прервался, но потом, наклонился к нему, прошептав:
- Поцелуй меня.
Молодой человек смотрел на меня… с надеждой. Наверняка ожидал, что я передумаю. Но кто бы смог отказаться от такого удовольствия? Я приподнял брови, глядя на него с немым вопросом. Внезапно он закрыл мои глаза холодными влажными ладонями. Я мягко сжал запястья Кейси.
- Нет, - запротестовал он, - не смот’гите на меня. П’гошу.
Мои руки опустились. Я уже давно понял, что мне достался совершенно необыкновенный человечек. Однако этот уникум не переставал меня удивлять.
Но в следующую секунду я уже был не в состоянии осмыслять его поведение. Я чувствовал на губах частое дыхание. Руки юноши дрогнули. Прошло несколько мучительных мгновений. И вот, он, наконец, приник к моим губам. Я осторожно прижал его к себе и сдавленно застонал. Жаль, что я не видел лица моей птахи в этот момент, однако ощущения стали острее. Услышав мой стон, он прервался, но затем продолжил поцелуй. Его язык робко погладил мой. Тело пронзила мелкая дрожь. Маленький нежный искуситель. Кейси резко отстранился. Я бессознательно подался вслед за ним, крепче сжимая объект своего вожделения в объятиях. Осознание того, что на этом, очевидно, закончилось мое короткое блаженство, пришло не сразу. Я склонил голову, убрав от него руки. Лицо горело. Человечек тоже сидел, залившись краской. Решив не смущать его, я отправился в купальню.
Когда я вышел, то обнаружил, что на кровати его нет. Юноша с ногами забрался в кресло, подтянув колени к груди. Я попытался завести с ним разговор.
- Ты хочешь есть?
- Нет.
- В таком случае, ложись, - я прилег, проведя ладонью по пустому пространству рядом с собой, - за последнее время ты не имел возможности полноценно выспаться.
Он не шелохнулся.
- Кейси! – рыкнул я.
На сей раз человечек послушался. Неужели, глупыш, в тебе проснулось благоразумие? Молодой человек лег спиной ко мне и пождал ноги. Я склонился над ним, поправив одеяло.

Когда я проснулся, юноши не было рядом. Обнаружил я его внизу, уже переодетого и причесанного. На столе перед ним лежало восемь кусочков нарезанных оранжевых плодов и, судя по шкуркам, валявшимся здесь же на столе, умял он их уже немало. Бози (а это несомненно он позаботился о подходящей еде) сейчас не было дома.
Я подошел к Кейси и поцеловал его в макушку. От человечка исходил необычный аромат, который, должно быть, источали съеденные им плоды.
- Восхитительный запах, - отметил я.
Затем взял тонкую ладонь в свою и поднес ее к губам. Я медленно провел языком по кончикам пальцев. Именно в этот момент несносное создание поперхнулось и зашлось кашлем. Я даже вздрогнул от неожиданности и принялся осторожно хлопать его по спине. Откашлявшись, он опустил слезящиеся глаза в пол.
- Я еще вче’га хотел поп’госить вас, - неуверенно начал человек.
- О чем же? – я обошел его и обнял за плечи.
- Мне нужны масляные к’гаски, кисти, холсты, мальбе’гт и ка’гандаши…, - он запнулся, - это для ‘гисования.
Пока он говорил я неспешно водил губами по его волосам, наслаждаясь этой идиллией, но когда молодой человек закончил, я прервался.
- Так ты… занимаешься живописью?
Аннелида был прав – мне несказанно повезло. Казалось все то, за что я так любил маленькую зеленую планету, слилось в едином существе. На Земле я мог часами любоваться на картины и скульптуры, созданные людьми.
- Можно сказать и так, - оторвал меня от размышлений Кейси.
- Здесь на Пристис найти то, что ты хочешь не так-то просто, но я обещаю, что сегодня же у тебя будет все необходимое, - заверил его я, чувствуя невероятный душевный подъем.

Я ушел вскоре после нашего разговора, чтобы выполнить обещанное. Перед уходом я сунул под кровать презент Аннелиды. Сегодня должен был заглянуть Нереис и у меня в голове возник примитивный постыдный замысел.
Поиски заняли немало времени. С Земли предметы человеческого обихода ввозились небольшими партиями и предназначались они для богатых коллекционеров. Пришлось выложить кругленькую сумму. Доставить их пообещали сегодня же. Домой я возвращался в прекрасном расположении духа. Кажется, в моих отношениях с человечком намечается заметное потепление.
К счастью я еще успел застать Нереиса. Он приветливо улыбнулся мне:
- А я все гадал, куда же ты запропастился? – шутливо пожурил меня он.
Врач только что спустился вниз и я, взяв приятеля под локоть, повел его в обратном направлении, на ходу сбивчиво объясняя суть своего замысла. Он усмехнулся.
- Надо же. И как ты только ухитрился попасть под действие препарата? Но, в любом случае, ты испытал только какую-то долю того, что испытал бы Кейси, используй ты содержимое ампулы по назначению. Препарат действует из расчета на вес, кроме того, далеко не все попало тебе в кровь.
На мгновение представив себе силу навязанных препаратом эмоций я ощутил, как к паху приливает кровь.
- На сей раз, - продолжал Нереис, - я сделаю инъекцию сам.
Он зашел в комнату, я остался ждать в коридоре. Медик справился быстро. Я слышал, как тот о чем-то сказал Кейси и звук его шагов. Когда он вышел я, коротко кивнув ему на прощание, влетел в спальню. Человечек стоял у окна, поправляя рукав левиты, увидев меня, он вымучено улыбнулся.
- Вам не удалось ничего ‘газдобыть? – в его голосе слышалось тщательно скрываемое разочарование.
Я пристально смотрел на него, ища признаки того, что препарат начал действовать.
- Нет, напротив. Все, что тебе нужно доставят сегодня.
Юноша просиял, однако улыбка почему-то быстро сползла с его лица.
- Спасибо… - он судорожно вздохнул, - я очень вам благода’ген.
В этот момент юноша медленно подошел к креслу и опустился в него, глаза у него округлились. Сначала он непонимающим взглядом смотрел в пространство, затем открыл рот, намереваясь что–то сказать. Но в следующую секунду Кейси сощурившись посмотрел на меня и закрыл лицо руками. Я подошел к нему и приподнял голову за подбородок, чтобы разглядеть его лицо. Глаза моей птахи необыкновенно блестели, обычно бледные губы стали алыми, даже щеки налились румянцем. Он часто и глубокого дышал, вцепившись в подлокотники кресла.
- Вы отв’гатительны…
Я поцеловал его в лоб, мое маленькое совершенство цепко ухватило меня за плечи, сминая пальцами ткань одежды. Мне хотелось сейчас, немедленно, хотелось всего и сразу. Я поднял его на руки, он обхватил меня за шею, уткнувшись лбом мне в плечо. Уложив человечка на кровать, я сел рядом и наклонился к нему. Незабываемо. Придерживая его затылок, я впился в приоткрытые губы. На сей раз, он отвечал мне со всей страстью, на которую, наверное, только был способен. Маленький подвижный язычок переплетался с моим, а пальчики удерживали меня за волосы, не давая отодвинуться. Я тем временем пытался стянуть с него левиту. Руки меня не слушались, мне удалось обнажить его только до пояса. Ласково поглаживая нежный живот, я принялся за тонкую шею человечка. Я самозабвенно вылизывал белую кожу, чувствуя пульсацию сонной артерии. Оторвавшись от своего занятия, я посмотрел на него. Меня охватило острое возбуждение. Кейси выгнулся и запрокинул голову, демонстрируя белоснежную шею, покрытую темными пятнами. Он судорожно глотал ртом воздух. Зачарованно глядя на это зрелище, я взял его лицо в свои ладони. Юноша открыл подернутые поволокой глаза. Я повернул его голову, заправив серебристо-черную прядь волос за ухо.
- Мой нежный мучитель, - просипел я, - ты подвергал меня непрекращающемуся искушению одним своим присутствием, заставляя томиться от постоянного желания. И теперь я не могу удержаться от соблазна отплатить тебе той же монетой.
Я звонко чмокнул его в ушко. Рассерженно фыркнув, он дернул головой. Освободившись из цепкого захвата тонких пальцев, я отстранился от него. Когда его руки потянулись ко мне, я подумал, что не в силах буду осуществить свое наказание, но каким-то чудом сдержался и, дойдя нетвердой походкой до кресла, опустился в него. Как же прекрасен сейчас был мой земной цветочек! Беззащитен и потерян. Он отчаянно нуждался во мне, в моей заботе и ласке.
- Умоляю, - простонал человечек, сев на кровати, - умоляю, не оставляйте меня сейчас… Помогите мне.
Я закусил нижнюю губу, а Кейси сел на кровати и прижал ладонь к животу. В его глазах читались страх и мольба. Неожиданно его ладонь скользнула ниже. Меня передернуло. Он изогнулся и принялся судорожно стягивать с себя одежду. Руки его дрожали, и ему пришлось повозиться с левитой. Я же, подавшись вперед, наслаждался видом. Наконец, его попытки увенчались успехом и он остался обнаженным. Я видел каждый изгиб точеного тела, блекло-розовые соски и длинные ноги. Желание, которое я испытывал в тот момент уже стало для меня мучительным; я поднялся и подошел к нему, положив руку ему на поясницу. Юноша потянулся ко мне, но я осторожно отстранил его. Ломаный изгиб бровей и плотно сжатые губы выдавали его томление. Отвернувшись от меня, Кейси развел согнутые в коленях ноги. Его рука накрыла уже обнаженный пах. Кончиками пальцев одной руки я продолжал поглаживать его поясницу, а ладонью второй прижал его щекой к своей груди. Мои глаза жадно следили за тем, как он ласкает себя. Его пенис был уже возбужден, дрожащими пальцами человечек поглаживал между ног. Я был уже не в силах просто наблюдать. Обняв его, я вновь поднял юношу на руки. Он сжал мои бока коленями, и я подтянул его повыше для того, чтобы мне было удобнее заняться сосками. Я поочередно вбирал их в рот, посасывая и лаская языком мягкую плоть.
- Сладкий… мой сладкий человечек, - простонал я, прикусив его левый сосок.
Он зашипел, крепче вцепившись в мои плечи. А я приподнял его еще, теперь уже приступив к животику. Кейси вскрикнул, когда я проник языком во впадину пупка и немного пошевелил им. Молодой человек сдавленно замычал. С блаженной улыбкой на губах я поставил его на пол, малыш мгновенно сполз к моим коленям.
- Да, моя нежность, - прошептал я, приспустив штаны, - сделай мне приятно.
Он взял мой пенис в руку, несколько раз проведя пальцами по всей длине, затем розовый язычок повторил их траекторию. Я взял его за запястья и положил ладони себе на ягодицы, едва ли не взвыв, когда это маленькое проклятье принялось посасывать головку моего мужского достоинства. Нагнувшись, я обхватил его за талию и поднял головой вниз. Кейси не оторвался своего занятия.
Я принялся ублажать его в ответ. Пенис юноши целиком помещался в мой рот. Когда я в очередной раз вобрал его, человечек застонал, протяжно и сладко. Его анус сжался. Облизав мошонку, я переключился на него. Я с наслаждением водил по нему языком. После чего, перехватив поудобнее мою крошку, я облизал свой палец и немного надавил на кольцо мышц. Юноша сжался. Для того, чтобы расслабить его я продолжил минет, разминая вход. Я ввел в него палец ровно до второй фаланги. Он был узким и неподатливым. В этот момент я почувствовал приближение оргазма.
- Ох, нет, - запротестовал я, - не надо больше…
Кейси выпустил изо рта мою плоть. Я опустил его обратно на кровать, положив на самый край, и раздвинул ему ноги. Зацеловывая и вылизывая внутреннюю сторону стройных бедер, я шарил руками под кроватью, пытаясь нащупать оставленный там чемодан. Наконец, мои руки коснулись холодной металлической поверхности. На мгновение оторвавшись от желанного тела я достал его и открыл крышку баночки. В ней была прозрачная, вязкая жидкость. Обмокнув в ней два пальца, я принялся массировать ими анус моего человечка, наблюдая за тем, как сжимается кольцо мышц. Когда мне показалось, что оно достаточно расслабилось, я ввел палец, на сей раз целиком. Кейси резко сел. Я приподнялся и вовлек его в долгий поцелуй, уложив обратно. Пальчики сомкнулись на запястье той руки, которой я растягивал его, силясь остановить ритмичные движения. Прервав поцелуй, я погладил его по щеке и вынул пальцы. Моя рука снова потянулась к чемоданчику с фаллоимитаторами. Для первого раза я решил использовать тот, что обладал самым маленьким диаметром.
- Это будет немного глубже, чем мои пальцы, - прерывисто прошептал я.
Хрупкое тело мелко подрагивало, принимая в себя инородный предмет. Я жадно наблюдал за реакцией юноши - его губы были влажными, высокий лоб поблескивал от пота, грудь часто вздымалась. Великолепное чувственное создание. Когда игрушка вошла в него до конца, я вновь взял в рот его эрегированный пенис. Кейси что-то невнятно пробормотал. Хватило нескольких мгновений для того, чтобы он кончил с хриплым вскриком. Облизывая губы, на которых остались капли его спермы, я потянулся за очередным поцелуем, но, увы, человечек потерял сознание. Я невольно улыбнулся. Какой же он нежный и совсем не выносливый. Опираясь на ладони, я навис над ним, проведя кончиком языка по мягким губам. Опустив правую руку, я принялся мять свой член. Я был слишком возбужден и быстро кончил, глядя на умиротворенное забытьем личико Кейси.

0


Вы здесь » Dal'et » Наше творчество » Переспелые плоды моей больной фантазии