Dal'et

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dal'et » Гелвен » Дом Исариона


Дом Исариона

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Тишина и много воздуха: в таком доме порой бывает слишком тихо. Дом рассчитан на семью, и для Таллеса он, пожалуй, излишне велик. Зато здесь большие окна, впускающие много света, просторные комнаты, есть обширная терраса, на которой так приятно посидеть и полюбоваться садом. Впрочем, на этой террасе можно даже лечь спать, если выдалась жаркая и душная ночь.

Дом двухэтажный, на первом этаже располагается просторная гостиная, кухня, библиотека, рабочий кабинет и пара спален. На втором этаже большая часть комнат нежилая, но гости могут въехать в любой момент, всё содержится в порядке. Дом оставлен мебелью из бука — светлая древесина вызывает ощущение простоты и лёгкости. Обстановка без лишней роскоши, всё изящное и спокойное, в таких комнатах приятно просто пройтись босиком или поваляться с книгой, подвинув под бок мягкую подушку.

Второй этаж опоясан широким балконом, по которому вьётся декоративный виноград. Первый этаж выходит на улицу парадным входом, а вот внутренний двор отличается скромной пышностью ухоженного сада — именно сюда выходит терраса, с видом на узкий прохладный ручей, который выходит из-под земли и под неё же и прячется. Всего лишь небольшая магия, которая позволила вытянуть из-под земли это прозрачное чудо. В саду под раскидистой вишней есть все условия для расслабляющего отдыха: пара плетёных кресел, кушетка, стол. В саду обожают отдыхать птицы, здесь действительно очень тихо и спокойно для всех.

0

2

Начало игры

На разборке старых домов иногда можно найти совершенно чудеснейшие мраморные плитки, восхитительные кварциты нежнейшего розового оттенка, и гранит с неповторимой бархатистой поверхностью. Эш вообще радовался как ребёнок каждый раз, когда можно было взять уже кем-то когда-то обработанный камень, и дать ему новую жизнь. Он вообще был слегка помешан на том, чтобы по максимуму использовать то, что подарила земля. Зачем вот выбрасывать замечательные накладки из дымчатого песчанника, если можно их отшлифовать и снова пустить в дело.  Учитель ему с особенной гордостью показал на свой жилет, украшенный дюжиной маленьких мраморных поговиц. Эти пуговицы были сперва колонной, потом плиткой, потом облицовкой фонтанчика, потом облицовкой лавочки, потом ими отделали столешницу, и наконец наточили красивых пуговиц. Юный наг тогда с азартом заявил, что если пуговки постареют, то их можно истолочь в пыль, подмешать к раствору и пустить на облицовку уже невидимыми. Собственно, потому его и взяли в ученики.

Он на разборке дома уже битый час назойливо вякал:
Осторожнее, спокойно, вот этот фриз мне нужен целым, обязательно, осторожнее, бережнее, пожалуйста, я вас умоляю, куда ты молотком, зараза!!!!
И не успел высказать всё, что думает про некоторых криворуких, как тяжёлый мраморный фриз с тихим шуршанием подался под руками работников и заскользил вниз. Сахаш испугался и кинулся под каменную глыбу, налету выкрикивая заклятье, и тут же заорал, как резаный. А кто бы удержался, если таким здоровенным камнем на прямо на ноги?!
Идиот, — констатировал учитель, — магия тебе не нужна, правильно не взяли в академию.
Эш на всхлипе закрыл рот, заставил глыбу плавно сползти в сторону и тут же заскрёб пальцами по полу от боли.
— У одного моего знакомого феникса как-то разболелся зуб мудрости, — спокойно сказал учитель, — так он превратился в птицу, и ему сразу полегчало. Потому что у птиц зубов нет.
Иииии?
А у змей нет ног. Хотя у некоторых и мозгов тоже нет, и это проблема.
Эш моментально принял переходную форму, действительно ощутив некоторое облегчение.

В дом к доктору наг приполз по наводке работников, и успел даже расслабиться. В самом деле, что случилось-то? Не болит, и хорошо. Поэтому хотя и вошёл, решил, что просто вежливо извинится за вторжение, да и пойдёт себе. Там же мрамор ждёт!
Уважаемый! — позвал Сахаш, укладывая хвост кольцами на полу. Потом подумал, что это невежливо и вернулся в двуногую форму. Это он зря сделал — боль оказалась такой, что наг от неожиданности заорал во всё горло (эхо по всему дому разнесло), тут же судорожно зажал рот рукой, и через миг в просторной прихожей дома эльфийского лекаря стало тесно — белый змей в изнеможении выписывал на полу курбеля, пытаясь утихомирить боль, потом опять вернулся в переходную форму, вытирая выступившие на глазах слёзы.
Ой, мама… А как же я без ног жить буду?! — Эшшеле потрогал хвост и с опаской подумал, что не рискнёт ещё раз попробовать посмотреть на ноги.

Отредактировано Эшшеле Сахаш (2012-06-21 22:47:03)

0

3

Начало игры

- Ну что же, госпожа Эделиас, вы все запомнили? Отваром из тамуса и таволги, что я вам дал, смазывайте больные суставы, только не перепутайте со своими настойками, этот отвар не для приема внутрь. Да, и пожалуйста, не двигайте вы больше мебель  в доме, поручите это своему внуку, хорошо? - эльф улыбнулся старушке, провожая ее до дверей, - если понадоблюсь, просто пошлите за мной. Мне до вас дойти проще, чем вам до меня.
Перепоручив заботу о женщине ее любимому отпрыску, ожидающему на пороге, Таллес распрощался с оборотнями и, направился на кухню. Сегодня был удивительно богатый на пациентов день, словно на город с утра опустилось особо активное магическое облако. А эльф слишком давно жил в Дальет, чтобы знакомые, знакомые знакомых и просто случайные дивные, которым прохожие на вопрос: "где здесь живет лекарь?" указали на его дом, обращались к нему с просьбой помочь. Отказать он не мог никому.
- Чашечка чая, кусок пирога с малиной от госпожи Эделиас и тишина... что может быть лучше?
Спустя пятнадцать минут эльф устроился в плетенном кресле в саду, наслаждаясь ароматом травяного чая, с листьями черной смородины и ягодами бузины. Стараясь не шевелиться, он с улыбкой наблюдал маленькая нахальная птичка, непрерывно щебеча, подбиралась к стоящему пирогу.

— Уважаемый!
Таллес вздрогнул во сне, резко открывая глаза. Он сам не заметил, как задремал, и сейчас ему показалось, что его кто-то позвал. Все сомнения относительно "показалось или нет", разрушил вопль боли, последовавший за этим, вот его уже никак нельзя было принять за слуховой обман.
За столетия своей работы лекарем, Исарион видел много дивных в самых разных состояниях, поэтому вид огромного белого змея в прихожей его не удивил. Замерев в нескольких шагах, мужчина наблюдал как незнакомый наг меняет обличье, оставшись в смешанной форме и как шипит сквозь зубы, вспоминая маму.
- Без ног жить действительно ужасно, но может еще есть шанс этого избежать? - негромко произнес эльф, обозначая свое присутствие, - доброго дня молодой человек. Чем могу быть полезен?
Разумеется, Исарион понимал, что просто так от боли не кричат, и в дом целителя не приходят, но раз юный наг был в состоянии говорить, а не корчился в конвульсиях на полу, он ждал пока тот сам объяснит.
- Я так понимаю, что до меня вы добрались самостоятельно? Тогда, если вас не затруднит, давайте перейдем в гостиную - в прихожей все-таки не так удобно, - улыбнувшись, эльф пригласил гостя следовать за собой, надеясь, что тому хватит воспитания представится.

0

4

Когда очень больно, логика остаётся бегать где-то за пределами обозримого пространства. Эш едва не сказал, что он не просто добрался самостоятельно, он приполз, буквально приполз, потому что идти был не в состоянии. Неужели не видно, кто тут сейчас самый больной дивный на всём белом свете? Что змеи ползают по умолчанию, это Сахаша не слишком волновало, он вообще плохо переносил боль, она отшибала способность связно мыслить.
Меня зовут Эшшеле Сахаш, уважаемый, — поскольку эльф удачно повернулся к нему спиной, наг не посчитал постыдным тащиться за ним, помогая себе руками. Сейчас даже малейший намёк на то, что заболит ещё и хвост, заставлял его желудок сжиматься и холодеть. Мельком Эш глянул в зеркало и возмутился тем, что там увидел.
Безобразие… Наг должен быть… ух, каким он должен быть! А тут — непонятно что.
На меня упал фриз, — попытался объяснить Эш, — примерно два квартала отсюда, там разбирают старый дом. Рабочие сказали, что тут живёт очень хороший доктор. Уважаемый, я на самом деле очень хочу оставить при себе свои ноги, желательно обе.

Объясняя всё это и пересыпая слова шипением и попытками аккуратно переложить драгоценный хвост так, чтобы как можно меньше тревожить,  Эшшеле серьёзно опасался, что ног ему не видать, как своих ушей. Теперь болела уже вся змеиная часть тела, и наг начал стремительно маскироваться цветом лица под молочный оттенок чешуи.
Ой… — Сахаш аккуратно упёрся руками в пол и опустил голову, — что-то мне нехорошо. Я очень извиняюсь.
Поза «мне плохо» грозилась перейти в позу «я умер», но в качестве прощанья с бренным миром Эш решил хотя бы ощупать хвост — он совсем больной, или хотя бы в облике полузмея сможет дожить оставшиеся минуты бытия.
Просто понимаете, этот камень, он был очень красивым. Если бы он упал просто на пол, то раскололся бы. А так он упал на меня, плюс ещё успел немного подстраховаться магией. Хотя, конечно, нужно было сделать наоборот, сработать на магии, а уже подстраховывать собственным, так сказать, физическим телом, но у меня не было времени подумать. Как это вообще, сказать падающему камню: «эй, приятель, погоди-ка минутку, я сейчас решу, как тебя правильнее будет поймать!»… боюсь, что ног у меня нет, я чётко слышал, как все кости в них сломались одновременно и навсегда.
Эшшеле до такой степени сам себя напугал, что теперь смог только закрыть глаза рукой и тяжело вздохнуть.

0

5

- Меня зовут Таллес Исарион. Пациентам не принято говорить «рад встрече», так что просто будем знакомы, Эшшеле Сахаш.
В гостиной было светлее и просторнее, чем в прихожей. Повернувшись к юному нагу, Исарион провел беглый визуальный осмотр, отмечая отсутствие дополнительных ран и повреждений. Судя по всему, тот больше был напуган, чем на самом деле пострадал, но говорить что-то конкретное без обследования лекарь не мог.
- Ноги у вас есть, я надеюсь, что при вас и останутся. Как такому молодому активному дивному без них, правда?
Эльф никогда не спешил и не суетился, его движения были плавными, но четко выверенными. Внимательно слушая сбивчивый рассказ нага, он взял со столика гребень, закалывая назад длинные пряди, а затем опустился рядом с юношей на колени, придвигаясь ближе.
- Значит, вам так нравятся камни, что вы готовы за них пострадать?– с едва заметной улыбкой произнес Талес. Он спрашивал не из праздного любопытства, ему было нужно, чтобы пациент говорил, это помогало тому не думать только о боли, - вы видите их красоту?
Несмотря на слова юноши о фризе, для начала эльфу необходимо было убедиться, что здесь действительно шла речь просто о травме. Для этого он приложил ладонь к хвосту Сахаша, направив малую толику своей энергии в его тело, и прикрыв глаза, сосредоточенно отмечал, как она смешивается с энергией нага, ровно циркулируя внутри. Без скачков, без завихрений.  Такая картина означала, что никакого магического воздействия на организм юноши не было.
Это хорошо.
Открыв глаза, Исарион выпрямился, и ободряюще сжал плечо Эшшеле. Он чувствовал, как мелко дрожит его тело, отмечал неестественную бледность кожи, покрытую испариной, сбивчивое дыхание и расширенные зрачки. Несмотря на то, что травму наг получил в двуногой ипостаси, боль уже начинала подчинять себе и его смешанную форму.
- Ну что же, чтобы спасти ваши пострадавшие конечности, мне необходимо сначала их осмотреть. Не бойтесь, я дам вам один отвар, который уменьшит болевые ощущения, - поднявшись на ноги, эльф вытащил из шкафчика небольшой бутылек с настоем трав, которые в своем сочетании действовали как мощное обезболивающее. Главное было правильно рассчитать дозу, чтобы не заставлять юношу страдать, но и не добиться онемения конечностей.
- Эшшеле, я попрошу вас выпить вот это, - Исарион снова опустился рядом с нагом на колени, и протянул ему стеклянный бокал, в который он перелил лекарство, - я скажу сразу, что боль не исчезнет полностью, иначе вы перестанете чувствовать свои ноги, и я не смогу определить тяжесть травмы. Но я обещаю, что она станет в разы меньше и будет восприниматься скорее как неприятный, раздражающий фактор. Вы же мне верите?
Эльф придвинувшись вплотную к юноше, придерживая его за плечи. В ответ на вопросительный взгляд, лишь тепло улыбнулся, поясняя:
- Когда выпьете, подождите немного, а затем вернитесь в двуногую ипостась. Какое-то время ощущение будут не очень приятные, но придется потерпеть. Обопритесь на меня, я помогу вам переместиться на диван. Договорились? – еще одна ободряющая улыбка.

+1

6

— Значит, вам так нравятся камни, что вы готовы за них пострадать?
Эшшеле даже на время передумал умирать, попытался развести руками и из-за этого чуть не пропахал носом пол.
Там жилки, — пробормотал наг, стараясь справиться с дурнотой, — если бы фриз раскололся, они пропали бы совсем, вы же видели наверняка рисунок камня на срезе? Это как срез дерева, только камня.
Лекарь рассматривал его так, как сам Эш рассматривал бы новый камень в попытке определить, что конкретно в нём прячется.
Я не боюсь, — наг попытался храбриться, выпрямился. Желудок тут же завязался в холодный узел и Сахаш повял, принимая бокал. Рука сейчас больше напоминала ему самому холодную лягушачью лапку.
Мне рассказали, что вы поставили на ноги дивного, раздавленного скалой. У меня-то что, у меня всего лишь ноги оторвало, а у него, говорят, голову в кашу раздавило…
На самом деле ноги не отрывало, да и тому дивному наверняка не раздавливало голову до состояния мясного паштета, но Эшшеле уже не осознавал, что мелет деревенеющий язык. Он мог только жаться к Исариону — инстинктивно, как к тому, кто может помочь, да в глаза заглядывать.
Договорились, — вздохнул Эш и попытался убедить себя, что помереть ему гарантированно не дадут по той простой причине, что он для эльфа сейчас навроде того фриза, который падает, и его нужно ловить. Врачам вообще, наверное, по-своему трудно — вот так прибежит кто-то с занозой в пальце, и вроде всё нормально, а он возьми да и помри на пороге больницы, вот где горе и ужас, а не какие-то ноги или хвост.
Так что наг храбро осушил бокал, аккуратно поставил его в сторонке и прислушался к себе. Помирать явно раздумалось, и Эшшеле на пробу приподнялся с пола. Хвост перестало простреливать болью, немножко неуверенно себя чувствовало тело, но боли не было совершенно точно, поэтому наг во всём великолепии переходной формы поднялся, змеиная часть тела заскользила по полу, свиваясь в устойчивое кольцо. Эш качнулся из стороны в сторону, несмело улыбнулся — уже не опирался на плечо лекаря, а только для проформы оставил ладонь на его плече. Бледность проходила, он на самом деле почувствовал себя хорошо.
Я думаю, что всё хорошо. Сейчас, да? — Сахаш улыбнулся, тело пружинисто качнулось на мощном хвосте, и в двуногую ипостась наг перешёл с истинно змеиным изяществом и в следующий же миг повесился на плечах Исариона. Глаза стали огромными а с кожи сбежал только-только вернувшийся цвет.
А давайте я лучше сразу на диван, хорошо?
Ноги не болели до такой степени, чтобы закричать, их просто охватывало тупое ощущение, как будто землёй завалило, поэтому и шагнуть было довольно проблематично.
Они не двигаются! — в доказательство масштабов трагедии Эш шагнул в сторону дивана, ожидая, что ноги откажутся выполнять команды. Вопреки ожиданиям, ноги принялись шагать, и наг почувствовал себя полным идиотом, — Они не двигались. Да что ж такое-то?
И на диван Сахаш сползал максимально застраховавшись — ему было неловко вешаться на эльфа, но он только казался бледной тенью, Таллес оказался вполне крепким. Вот на крепкого и опирался, доверяя сейчас только двум объектам — лекарю и… его дивану. Потому что своим ногам Эш как-то не очень доверял.

0

7

- Вы только не слишком активно двигайтесь, пожалуйста, - предостерег Таллес нага, внимательно следя за его перемещением. Парень вовсю красовался, пользуясь преимуществами смешанной формы, только радоваться было преждевременно, отвар не решал проблем, лишь давал временное облегчение, - да, сейчас, только медленно и осторожно.
Эльф едва успел договорить, как Эшшеле, перекинувшись в двуногую ипостась, фактически рухнул на него, с силой вцепившись в плечи. В глазах снова возник страх перед болью, с лица схлынула вся краска, а тело начало мелко дрожать. Лекарь успокаивающе провел ладонью по спине юноши, давая тому возможность привыкнуть к незнакомым ощущениям.
- Тихо, все в порядке, ноги просто немного онемели. Немного странно, да, но ведь не больно же?
Исарион перекинул руку нага через свое плечо и приобнял того за талию, помогая ему дойти до дивана. Потом помог опуститься, придерживая, чтобы юноша не упал и подложил под спину пару небольших подушек, чтобы пациент мог сидеть прямо. Сахаш, сам того не замечая с силой сжимал его ладонь, и эльфу стоило больших усилий осторожно разжать захват, незаметно высвобождая свои пальцы.
- Ну вот, полдела сделано, теперь давайте все же посмотрим, что там с ногами, - улыбнувшись, эльф опустился на корточки рядом с диваном, критически осматривая запыленную обувь и порванные штаны, - простите Эшшеле, от этого придется избавиться. Жаль портить сапоги, но ваши стопы слишком распухли, и так их не снять.
Оставив пациента ненадолго одного, Таллес принес аптечку и небольшой кинжал. Несколько аккуратных ровных надрезов и остатки кожаной обуви остались на полу, следом за ней последовали штаны, которые быстро превратились в шорты, длиною по колено. Только после этого эльф приступил к осмотру, методично и осторожно прощупывая каждую ногу.
- Какие ощущения? Где именно чувствуете боль?
Сняв с шеи амулет с небольшим голубым камнем в серебряной оправе, лекарь обмотал цепочку вокруг запястье, а камень сжал в ладони, тихо шепча заклинание. С каждым словом кристалл становился все бледнее, а холодное голубое свечение охватило пальцы Исариона. Дождавшись пока свет будет ровным и стабильным, эльф молча коснулся пальцами колена нага, сосредоточенно ведя подушечками вниз, к голени, а затем к стопе. Наблюдая за свечением, он не проронил ни слова, и лишь обследовав обе конечности, мужчина чуть улыбнулся и сжал пальцы в кулак, возвращая камню его цвет.
- У меня хорошая новость Эшшеле, ваши кости целы, переломов нет, однако ушибы очень сильные, видите отек? - эльф едва ощутимо коснулся верхних сторон ступней, которые приняли на себя основной удар камня. Кожные покровы там только чудом были не повреждены, однако обширные гематомы свидетельствовали о том, что произошел разрыв сосудов, - сейчас я сделаю тугую давящую повязку и приложу холодный компресс, далее дам кое-какие рекомендации, соблюдать которые будет достаточно просто. Как вы себя чувствуете? Я могу дать еще немного отвара, но больше на сегодня не будет.

0

8

— Нет, больно! — Эшшеле едва не прикусил себе язык, потом тихо признался, — не особенно, просто жмёт. Как будто ноги кто-то собрался откусить, вот сейчас зубы сожмёт, и… звучит глупо, конечно.
Он цеплялся за руку врача так, как будто если отпустит, то утонет в диване, который непременно окажется бездонной бочкой.
Ощущения ужасные, боль… сейчас не знаю, сейчас мне колет ноги, как будто много комаров сидят и кусают.
Эш помалкивал, чтобы не мешать эльфу исследовать остатки ног одного нага, и хорошую новость выслушал, заливаясь отчаянным румянцем, который после бледности казался ещё более ярким.
— Понимаете, — сбивчиво принялся объяснять Эшшеле, — я боль не выношу. Вообще не переношу. Отёк, это вот это опухшее? Я чувствую себя идиотом.
Сахаш даже не пытался пошевелиться, поскольку не знал, чем это аукнется.
После того, как действие отвара закончится… боль вернётся? — ему было ужасно стыдно, но по крайней мере он узнает, — уважаемый… Исарион. У каждого есть слабое место. Я сильный, выносливый, но вот это ощущение меня выключает. Скажите, вы ведь давно лечите, правда? У вас такое спокойное лицо, — наг сам не заметил, что говорит, плавно увеличивая скорость речи, он заторопился, как будто сам себя хотел отвлечь от того, что сейчас что-то такое будет происходить с ногами, от мысли, что когда лекарство отойдёт, то он снова начнёт покрываться липким холодным потом от тяжёлого ощущения стылого сжатого сердца, — нужно будет просто подождать, пока само пройдёт? А холодный компресс… У вас такой сад, в окно смотреть приятно. Скажите, ведь чтобы стать врачом, нужно же знать очень много? Вам не тяжело? Если таких как я хотя бы трое в месяц, это же невыносимо.
Эш вытер лицо ладонью, наконец ещё раз глянул на ноги и округлил глаза. Теперь, когда сапоги перестали сдавливать стопы, они, казалось, распухли ещё сильнее. Вид посиневшей натянутой кожи снова заставил Сахаша побелеть, даже подташнивать начало, и юный наг опять уставился на эльфа. По крайней мере спокойное лицо лекаря как-то успокаивало.
А вы давно в Дальет? Дом выглядит… не старым, нет. Просто он был построен многие годы назад.

0

9

- Знаете, Эшшеле, у меня в дальней части сада есть небольшая каменная беседка. Она не достроена и почти скрыта от глаз разросшимся вьющимся плющом. Эту беседку начали строить практически одновременно с домом, и она лишь на пару лет младше самого города. И делали ее из камня, который сейчас в Дальет большая редкость. Хотите, я покажу вам ее? - с улыбкой спросил эльф, глядя на своего юного пациента. Он говорил не спеша, плавно и немного тягуче, стараясь завладеть вниманием нага. Страх юноши пульсировал в его глазах, голосе, жестах, было видно, как Сахаш пытается отвлечься от него, сбивчиво тараторя свои вопросы. Болевой порог у каждого индивидуален, и этот парень, видимо, приблизился к своему, - а если вы узнаете камень, то сможете взять себе несколько, уверен, они вам пригодятся.
Не смотря на разговоры, Талес продолжал заниматься своим делом, быстро и осторожно фиксируя эластичными бинтами ноги Эшшеле. Давящие повязки аккуратно обхватили поврежденные ступни, поднимаясь выше, до голени. Лекарь внимательно проверил степень давления ткани на кожу, чтобы повязки не принесли вреда больше, чем пользы, и лишь после того, как убедился, что они не причиняют пациенту лишней боли, убрал остатки бинтов обратно в аптечку. Дальше оставалось совсем простое - чтобы избежать заражения, эльф обработал раствором алестола ссадины на коленке и еще раз осмотрел кожные покровы вокруг повязки.
- Так, ну вот и все, вы просто молодец, - эльф улыбнулся юноше, - а теперь давайте я помогу вам сесть так, чтобы обеспечить конечностям покой.
После того, как наг устроился на диване, вытянув ноги, Талес подложил под них небольшую подушку. Оставалось только сделать холодную примочку, и юное создание через пару дней сможет если не бегать, то осторожно передвигаться на своих двоих. На самом деле травма Сахаша была достаточно безобидной, и только низкий болевой порог юноши придавал ей масштабности.
- Эшшеле, я сейчас дам вам немного отвара, но выпейте его, когда почувствуете, что неприятные покалывания в ногах переходят в боль, которую не можете терпеть, договорились?
Отойдя к навесному шкафу, Исарион достал еще один флакон с настойкой и перелил ровно половину в бокал. Доза была в два раза меньше, чем он давал нагу в прошлый раз, но злоупотреблять отваром было нельзя.
Оставив  бокал на столике рядом с диваном, эльф ушел на кухню, вернувшись оттуда буквально через пару минут с парой пузырей со льдом. Для тех, кто обладает магией воды, сделать лед было элементарно просто.
- Охлаждение нужно для того, чтобы уменьшить отек и кровоизлияние, к тому же оно оказывает обезболивающий эффект. Ногам нужен полный покой. Я советую вам оставаться в этом виде, потому что все ваши формы связаны, и давление на поврежденные конечности будет происходить вне зависимости от ипостаси. Через день-два, необходимо будет использовать тепловые процедуры, чтобы кровоподтек быстрее рассасывался, так же я дам вам для этого мазь, которую нужно аккуратно втирать в кожу вокруг гематомы, - эльф ненадолго замолчал, давая пациенту время запомнить сказанное и в случае необходимости задать уточняющие вопросы, - за вами может кто-нибудь придти? Потому что передвигаться самостоятельно вам сейчас нельзя.

0

10

— Вам нравится, что беседка не достроена? — Эш тут же навострил уши и принялся с любопытством прикидывать, что там за камень, что из него может получиться, что прячется в середине камня, — многие так и оставляют недостроенные, это вызывает ощущение, что всё ещё впереди, нужно только немного понимать разницу между разваливающимся и недостроенным.
Сахаш рассуждал, повторяя своими словами то, что слышал от своего учителя, это как раз и было темой последних занятий, и почему-то этому придавалось огромное значение. Незаконченная постройка, незаконченное, но не заброшенное дело, это всегда путь вперёд, это даёт возможность и желание рваться вперёд.
Высокие мысли были прерваны равномерно накладываемыми бинтами, Эш медленно перевёл дыхание.
Да уж, я молодец, — кисло улыбнулся наг, — спасибо, что не расплакался. А вообще всё равно молодец, а то раскололся бы камень, ноги что, заживут ноги. Спасибо вам, не каждый станет возиться с пациентов, который вот такое вытворяет.
На бокал с настойкой Эш посматривал с некоторым успокоением. Знать, что в любой момент можно вот это выпить, и боль прекратится, это очень много, это давало терпение и как-то уменьшало страх. Пока эльф вышел на пару минут, Эшшеле даже взял бокал в руку, покрутил, понюхал, и поставил на место, с гордостью поздравляя себя с тем, что вовсе не перепуган до смерти, а то выпил бы сразу и прямо сейчас, впрок, так сказать. А так-то вроде и не болит так уж сильно. Бинты обхватывали ноги аккуратно и даже осторожно. Так прикладывают руку к больному месту, и от этого сразу меньше болит.
Вокруг чего втирать? — наг застеснялся, пытаясь выяснить, где у него находится гематома, о которой упомянул Таллес. Логически было понятно, что это часть ноги, но… — вокруг голени втирать? А тепловые процедуры, это в горячую воду окунуть?
Вопрос на тему «прийти» поставил Эшшеле в тупик, теоретически, он отправился к врачу сам, его никто не нёс, наверное рассчитывали на то, что и вернётся он сам?
К вам я пришёл сам, мне просто показали, в какой дом стучаться, проводили, но не несли, — начал было объяснять наг, — то есть, конечно, вы не подумайте, обязательно придут, особенно когда поймут, что меня что-то долго нет. Или потому что наверное понятно, что если к врачу, то надо прийти.
Сахаш как-то даже не подумал, что за ним могут и не прийти, это не укладывалось в голове. В конце концов он улыбнулся и перестал теребить остатки штанов, которые образовались на нём после спасательных процедур.
Он обязательно за мной придёт, просто если оставить рабочих одних, они могут что-то разбить. Они же не понимают, что какие-то камни обязательно нужно оставить целыми, у них другая работа. Скоро работы закончатся, и за мной обязательно придут!

0

11

- Эту беседку начали строить мои родители, когда только обосновались в Дальет. Им хотелось все сделать самостоятельно, поэтому они не спешили в постройке, - эльф присел на край дивана, со спокойной улыбкой глядя на своего юного пациента, - но придти к единому мнению как она должна выглядеть так и не смогли. И чтобы не навязывать друг другу свое видение, они оставили все как есть, решив, что ее дострою я, когда вырасту. Но мне все было не до этого, а потом родителей не стало, и я не могу себя заставить что-то в ней изменить.
Несмотря на улыбку, в глазах Талеса промелькнула грусть. Поднявшись на ноги, он отошел к окну, выходившему в сад и занимавшему почти всю стену, рассеяно глядя на этот небольшой зеленый оазис. Под раскатистой вишней любили сидеть его родители, и иногда ему казалось, что если он выйдет в сад, то увидит отца, удобно устроившегося в плетеном кресле, а рядом на низкой кушетке будет сидеть мама. Они будут вести тихую беседу, а потом посмотрят на него, и в их глазах будет столько тепла и любви…
Когда на тебя так смотрят, ты сразу чувствуешь, что не один, что кому-то нужен.
Глубоко вздохнув, эльф прикрыл на секунду глаза, отгоняя от себя образы прошлого, вернул на лицо всю ту же мягкую улыбку и только после этого снова вернулся к дивану, присаживаясь в ногах Сахаша.
- Простите, я немного отвлекся, - пальцы лекаря едва ощутимо коснулись места ушиба поверх повязки, - гематома – это кровоподтеки, образовавшиеся на ваших ногах от разрыва сосудов под кожей. Помните те багровые синяки? Это она и есть. Ближе к выздоровлению она должна поменять цвет, стать желто-зеленой, это хороший признак, значит все идет как надо. Втирать нужно в кожу вокруг этих гематом, осторожными массирующими движениями. Я дам вам мазь на основе арники, она оказывает ранозаживляющее и анальгезирующее действие, с ней гематомы разойдутся быстрее.
Исарион не мог не заметить, что бокал на столике стоит нетронутый. Этот факт почему-то наполнял его гордостью за юного нага, который зная свое слабое место, храбро держался, не уступая боли.
- Окунать в горячую воду ни в коем случае нельзя! Запомните это Эшшеле, если не хотите повредить свои ноги. Согревание нужно для того, чтобы отек спал, начинать процедуры можно через сутки, но не перестарайтесь, вода должна быть теплой, так же можно делать компрессы и примочки и обязательно – полный покой. Вы меня поняли? – эльф серьезно посмотрел на юношу, дожидаясь пока тот утвердительно кивнет. Молодежь ведь такая, сейчас слушает, а через час позабудет обо всех советах, и с этого юного создания станется помчаться на свои разборки камней едва только покинув его дом. Именно поэтому Талес хотел бы поговорить с кем-то из его родителей, или из взрослых, которые за него отвечают, и ему было даже «выгодно» оставить парня у себя.
- Эшшеле, не беспокойтесь, вы вполне можете остаться у меня, пока за вами не придут, если вас, конечно, не напрягает мое общество, - он весело подмигнул нагу, аккуратно накрывая ладонью его пальцы, которые, наконец, перестали теребить неровный край штанов, - к тому же так я буду уверен, что вы не перенапрягаете свои ноги. А пока хотите, я угощу вас чаем? Травяной, ароматный, успокаивающий. У еще у меня к нему есть очень вкусный пирог с малиной… - продолжал соблазнять юношу Исарион, - просто пальчики оближешь! Хотите?

0

12

Вдаваться в тайны физиогномических исследований Эшшеле как-то не планировал. То есть, ему сказали, разумеется, что врач опытный, и чтобы глупостей не делал, и вообще, но сопоставить возраст Дальет и тот факт, что родители строили эту беседку, он мог. А вот чего не мог, так это моментально проникнуться трепетным уважением к возрасту эльфа, потому что старым он не выглядел. Умным — да, грустным сейчас, хотя и улыбался, но не старым.
— Простите, я немного отвлёкся.
Ай… — Сахаш не просто помнил синяки, он их ощущал. Когда прошли болевые ощущения, осталось только фиксировать, как под кожей расползается что-то. И теориетически стало как раз очень даже понятно, что конкретно произошло. Юный наг часто заморгал, стараясь прогнать появившуся перед глазам картину, как тяжёлый каменный фриз падает, сминает кожу, защищённую сапогами, но от тяжести и скорости удара сминаются и рвутся кровеносные сосуды, достаточно мелкие, чтобы не стряслось ужасного, но вполне крупные, чтобы кровь разлилась под кожей. Как под этим давлением рвутся мышечные волокна, превращая ноги в бесполезный источник орущей и пульсирующей боли.
Я запомню, — Эш незаметно ущипнул себя, чтобы прекратился этот ужас в воображении, как ни странно, это помогло, — значит, тёплая вода, компрессы, примочки и специальная мазь. Я понял. А сколько времени должен этот полный покой длиться?! У меня же…
Наг попытался сообразить, сколько всего он пропустит из-за этой вынужденной неподвижности, и сделал круглые глаза. Он начал было бормотать что-то на тему того, что уже совсем ничего и не болит, то есть, если и болит, то совсем немножко, да в конце концов бывает и хуже у других дивных. Мелькнула мысль, что уж вот такой отвар, который снимает боль, можно и самому приготовить. Или купить! И тогда вполне себе можно сорваться с места и…
Прохладная ладонь Таллеса накрыла его пальцы и наг пристыжённо смотрел, как эльф улыбается. Почему-то было ужасно стыдно, особенно под взглядом Исариона, как будто он точно знал, что может глупого надумать пациент его возраста  вот с такими проблемами.
Не напрягает, — Сахаш глубоко вздохнул, взялся за бокал с отваром, заглянул в него и поставил обратно, не пытаясь поднести к губам. Почему-то вид обезболивающего приносил облегчение своим присутствием, — и чай с пирогом это просто замечательно. Я не буду перенапрягать ноги…
Наг улыбнулся как-то аккуратно, с него слетела и бравада, и страх боли, и сейчас он как-то неожиданно для самого себя разложил по полочкам имеющийся багаж событий, это помогло угомониться.
Скажите, а часто пациенты не слушаются врачей? Я только что выяснил, что глупые мысли появляются в голове со скоростью просто поразительной. Наверное, и перелечиваться приходится таких удачных дураков…

0

13

- Я понимаю, что у вас работа, дела, личная жизнь и прочие прелести вашего возраста, но хотя бы пару дней вам придется соблюдать полный покой, если не хотите, чтобы боль снова вернулась, - негромко заметил эльф, надеясь, что возможно последний аргумент подействует на это неугомонное создание, - лежите Эшшеле, я сейчас принесу чай.
Поднявшись на ноги, Таллес оставил пациента одного, направившись на кухню. Вытащив из навесного шкафа пару изящных чашек, он разлил по ним теплый травяной напиток, который не только прекрасно освежал, но и снимал нервное возбуждение. Что для юного нага было сейчас особенно актуально. Расставив чашки, он отрезал пару кусков обещанного пирога с малиной и подхватив поднос вернулся в гостиную.
- Пациенты бывают разные, некоторые не слушают советов, а потом с виноватыми взглядами приходят за помощью. А некоторые могут бесчисленное количество раз переспрашивать все рекомендации, тщательно их записывая, скрупулезно расспрашивать о составе каждого отвара или настойки. Каждый по разному относится к своему здоровью, - с улыбкой произнес эльф, отвечая на ранее заданный вопрос.
Поставив поднос на столик возле кушетки, он жестом пригласил юношу угощаться и сам взял одну из чашек. Если не считать пациентов, важных дел у Исариона сегодня не было, поэтому почему бы не выпить чай в компании юного нага?

- Господин Исарион! Господин Исарион, пожалуйста, спасите его!
Насладиться покоем Таллес не успел. От громкого крика он вздрогнул, едва не расплескав содержимое кружки. Нахмурившись, он поставил ее обратно на поднос, и извинившись перед юношей, поспешил к двери.
- Алискар Эль Дин, - стоящий на пороге молодой человек был ему знаком. У судьбы было своеобразное чувство юмора, и каждый раз, когда он встречался с этим фениксом, тот приносил ему в дом очередного раненного пациента. Сначала это был его учитель, потом друг, потом возлюбленный, потом оборотень Ноу, а теперь вот он, с испуганными глазами, прижимал к себе завернутого в плед подростка. Эльфу даже не потребовалось объяснений - холодный магический след буквально окутывал фигуру больного, - давай заходи, быстро неси его в гостиную. И рассказывай по ходу, что именно случилось.
Таллес мягко, но уверенно руководил действиями, следя, чтобы феникс ничего не перепутал. Уложив подростка на кушетку напротив Эшшеле, Исарион распахнул ткань, в которую тот был укутан, внимательно рассматривая саму рану и зону поражения. Юноша не реагировал ни на какие действия, его кожа пугала своей бледностью, и лишь хриплое дыхание и пульс, давали понять, что тот жив.
- Алискар! Зачем нужно было дожидаться такого?! Почему ты сразу не отнес его в больницу?
Не глядя на застывшего рядом мужчину, эльф проверил зрачки больного и быстро прощупал пальцами основные жизненные точки на теле. Короткого магического воздействия хватило, чтобы кончики пальцев начало жечь от бьющейся внутри подростка чужеродной темной энергии. Она словно пиявка расползалась по организму, пожирая того изнутри, но больше всего лекаря сейчас поражало то, с какой скоростью она это делала.
Однозначно это проклятье, попавшее в тело через укус.
Объяснение такому быстрому поражению могло быть только одно - темная энергия попала в среду, которая является наиболее благоприятной для ее распространения. Для такого паразита любое существо, обладающее магическим потенциалом было выгодным носителем, а что уж говорить про тех, кто представлял из себя магию в чистом виде?
- Джинн или ифрит ведь? - только в них эта энергия могла нанести такой урон, для любого другого дивного она была бы не так опасна, - времени очень мало, идет поражение дыхательных путей и сердечной мышцы. Алискар, сядь с той стороны кушетки и обхвати его за здоровое плечо и талию. Эшшеле, я помню, что рекомендовал вам полный покой, но сейчас речь идет о жизни этого юноши, поэтому я прошу вас принять смешанную форму, чтобы уменьшить давление на конечности, и обхватить его колени, не давая ему возможности двигаться.
Говоря все это, эльф не отрывал взгляда от укуса. Сосредоточив собственную магию в кончиках пальцев, он продолжал  быстро исследовать черную паутину на теле больного, выявляя наиболее активные каналы. Если ему удастся "прижечь" их, остановив распространение, пока проклятье полностью не заменило духовную энергию ифрита собой, то вылечить того будет возможно.
- Как только я начну использовать магию, он будет дергаться и биться. Ваша задача удержать его тело, не давая ему вырваться.
Сложив руки вместе, Исарион принялся читать про себя заклинание, ощущая как сосуды в ладонях начинают сужаться и пульсировать от магической энергии. Ощущения были мало приятные, но только так можно было создать нужные печати, поэтому не медля больше, эльф коснулся первых точек - рядом с сердцем и горлом, шепча слова заклятья. В ту же секунду, тело юноши буквально выгнулось дугой.

0

14

Кризалис, Алискар -------------- Дом Алискара

Еще в доме у феникса, единственным желанием было просто закрыть глаза. Нет, больно не было, даже практически не было плохо. Просто очень холодно. На столько холодно, что хотелось закрыть глаза и окуклиться - не шевелиться, не дышать, и по возможности вообще не подавать признаков жизни. Увязнуть в тонкой прослойке тепла от собственного тела. отделяющей от всепоглощающего холода. Там, на астральном плане, холодно бывало, но там это воспринимается как неизбежность, и нет ни желания с этим бороться, ни страха перед холодом, только покорность.
А вот пребывая в физической форме ифрит холод ощущал совершенно по-другому: холод сковывал разум, он сковывал волю, порождая желание неистово цепляться за любое тепло, он вызывал страх. Каково это быть пациентом лекаря Криз, конечно, не знал, и всю дорогу от дома феникса, он просто смотрел на широкие и сильные плечи, шею феникса - собственно то, что открывалось взору, при условии неподвижности головы. Прижавшись к плечу, он был полностью поглощен теплом этой огненной птицы.
С проклятьем он не боролся, впрочем, сложно сказать мог ли. Он просто молча позволял себя поднять с дивана, укутать, прижать и нести куда-то. Главным открытием для ифрита было то, что за него волнуются. А уж что там будет делать лекарь, и чего будет это Кризу стоить - дело второе.
На пороге дома лекаря, он все же закрыл глаза. И снова нет, ему не было плохо, просто холодно. Правда дышать становилось немного сложнее, или же просто физическим легким от такого холода дыхания нужно было меньше. Вдохи получались резкими, а выдохи хриплыми. Но ифрит все так же не шевелился, не открывал глаз и даже не отпускал язвительных шуточек.
Его положили на что-то, вытащили из пледа и осмотрели.
Не-не-не! Птица, ну не уходи... - сейчас ему было интересно одно: неужели ему действительно будут помогать и "лечить". Для джиннов это необычная ситуация.
И ведь правда ифрит! Молодец, лекарь, достаточно было одного взгляда. Видать действительно неплох.
Вы когда-нибудь пробовали проглотить раскаленную добела сталь? Кризалис тоже не пробовал, не дурак. Но сейчас он чувствовал примерно схожие эмоции с бедолагой, это попробовавшим. Его выгнуло дугой даже не ощущение боли, а ощущение конфликта разных магий. Пальцы впились во что-то мягкое: то ли в обивку кушетки, то ли в руку феникса. Когда у тебя внутри "целые вселенные", как-то не приходит в голову задумываться о наличии в физическом теле каких-то там органов, пусть и важных для жизни. Зато вот сейчас ифрит точно ощущал у себя сердце, потому что его сжимало тисками. Ощущение невыносимого жара, что даже при закрытых глазах, шли красные круги.
Зато стало тепло... Даже жарко, очень жарко. Все тело просто горело огнем. А самое обидное, что даже не выругаться, не наорать, чтобы его не трогали, даже просто не закричать, потому что в горле - все та же раскаленная сталь.
Огонь - его стихия, хотя в физическом теле этот жар сейчас ощущался губительным, через какие-то несколько бесконечных секунд его тело снова расслабилось, и он опустился на кушетку. Кожа пылала, но дышать стало легче и Криз открыл глаза.

Отредактировано Раух-Кризалис (2012-07-10 22:10:32)

0

15

Алискар уже был готов таранить дверь плечом, когда эльф наконец появился на пороге. Почему-то от его взгляда феникс почувствовал себя еще более виноватым и крепче прижал к себе ифрита, словно его собирались у него отнять.
- Здравствуйте, господин Исарион. Я... вот...
Дин переминался с ноги на ногу, пытаясь подобрать объяснения почему он с больным дивным на руках не пошел в городскую больницу, а пришел к лекарю на дом. Он боялся скатиться в оправдания, поэтому облегченно выдохнул, когда эльф пригласил его в дом, не потребовав разъяснений по этому поводу.
- Понимаете, его укусили! Нет, точнее укусили меня! Эта тварь из ожерелья, - быстро тарахтел Дин, неся подростка по коридору в просторную, светлую гостиную, - оно, видимо проклято было... или зачарованно. Мы почти справились с его охранниками, оно ведь теперь мое, да... и я отправил их обратно, а эта зараза кааааак вцепится в плечо. А Раух, он... балбес, не умеет же лечить, но попытался. И укус... он как-то на него перешел, я не знаю как, я в отключке был.
Рассказ получался сбивчивым и мало информативным, но феникс не мог сейчас связно мыслить. Из-за волнения он даже не сразу заметил, что в гостиной помимо них уже кто-то находился. Лежавший на кушетке молодой парень стал для него сюрпризом, он почти смутился, подумав, что нарушил уединение лекаря с этим мальчиком, когда усмотрел на ногах дивного повязки.
Еще один пациент?
- Добрый вечер. Простите, я не сразу вас увидел.
Кивнув юноше, Алискар снова повернулся к эльфу, буквально прилипнув его к спине, и наблюдая через плечо как тот изучает рану на теле ифрита. Вид такого спокойного Рауха казался неестественным, неправильным! Это белобрысое недоразумение должно быть шумным, вредным и несносным, но он молчал... и он больше не смотрел на него, глаза Кризалиса были закрыты.
- Алискар! Зачем нужно было дожидаться такого?! Почему ты сразу не отнес его в больницу?
- Я не успел, простите. Все случилось так быстро, пара минут и отек уже занял едва ли не четверть тела. Я испугался и понес его к вам. Вы же его спасете?
Дин не хотел допускать мысли, что целитель может не справиться, что у него не получится вытащить ифрита из этого состояния. Он уговаривал себя верить в силы Исариона, но липкий холодок страха все равно полз по позвоночнику.
Все будет хорошо, все будет хорошо, все обязательно должно быть хорошо!
Феникс внимательно следил как пальцы лекаря скользят по телу Кризалиса, исследуя паутину. Это зрелище почему-то завораживало, поэтому вопрос эльфа он услышал не сразу, а потом согласно кивнул, забыв, что стоит за спиной мужчины и тот не может его видеть.
- Ифрит, да, он ифрит, - хрипло проговорил Али, глядя на бледное лицо Рауха. Казалось растерянность охватила его целиком, но стоило Таллесу озвучить указания, как тело тут же среагировало, опережая разум. Дин в мгновении ока оказался за кушеткой, благо у нее не было спинки, и присев на пол, осторожно обхватил плечо и талию подростка. Ифрит не отличался мускулатурой, и на фоне его субтильной тушки руки феникса казались неестественно огромными.
- Раух, ты только держись, слышишь меня? - прошептал он на ухо Кризалиса, убирая со лба мокрые пряди волос, - не смей сдаваться, ты же сильный!
Когда тело подростка выгнулось дугой, Алискар едва не взвыл. Было слишком мучительно наблюдать за тем, как он сражается с болью, наблюдать, и быть не в состоянии хоть чем-то помочь. Все, что мог сейчас Дин - всем своим весом вжимать ифрита в кушетку, не давая тому разорвать физический контакт с пальцами лекаря.
Казалось прошла вечность, прежде чем его, наконец, перестало бить крупной дрожью. Феникс выдохнул с облегчением, когда тело Кризалиса расслабилось.
- Раух? Раух?! Ты меня слышишь?! - крикнул он, когда увидел, что подросток открыл глаза.

0

16

Едва только Эш воспрял духом и даже облизнулся, глядя на пирог с малиной, как стряслось что-то из ряда вон выходящее. Хотя, минутку, это дом лекаря, и появление на пороге кого-то с острой необходимостью поправить здоровье было как раз нормой. Другой вопрос, что Сахаш тут же стушевался, на извинения Исариона отреагировал неловким: «Ну что вы, что вы», а на извинения того, кого эльф назвал Алискаром наг только руками размахался, выражая сразу всю гамму заверений о том, что всё в порядке, что у них там дела поважнее, да и вообще есть тут те, кому много хуже, чем Эшшеле. Что ифрит загибается, это было ясно с первого взгляда, а склонность нага драматизировать всё ещё больше усугубила, поэтому на мягкую просьбу Таллеса он деловито отодвинул в сторону поднос с этим несчастным чаем и пирогом, потёр руки, сглотнул и закивал так, словно собирался лбом вбить небольшой гвоздь.

Принять переходную форму полузмея было легко, и даже ногам стало полегче за их отсутствием. Кушетка была достаточно удобной для того, чтобы наг быстро сообразил, что от него, собственно, требуется — длинное змеиное тело, матово поблескивающее молочно-белой чешуёй, без лишней спешки, но довольно быстро обвивалось вокруг ифрита. Прижать его ноги к кушетке, при этом ничего не повредить, но надёжно зафиксировать — с этим змей мог справиться наверняка, а испуганное осознание, что сейчас кому-то будет очень больно, заставляло его выполнять распоряжения без размышлений, тем более, что он мог помочь, верно?

Едва только ифрита выгнуло на кушетке от боли, Эшшеле побелел, стушевался, отвёл глаза. Не думал, что так сильно подействует. Однако руками для верности придержал, мало ли, как там поведёт себя змеиная часть тела на фоне всего имеющегося — всё же и сам нездоров, а тут ещё пациент Таллеса принялся вырываться.
— Угу, — сдавленно прокомментировал наг разговоры, а крик Алискара так и вовсе его подавил. Когда ифрит, имя которого не услышали только глухие черви где-то за стенами Дальет, более-менее расслабился и перестал рефлекторно лупить нага по хвосту ногами, Эшшеле испуганно заулыбался белыми губами и начал очень аккуратно и медленно ослаблять хватку. Больше всего сейчас хотелось заплакать от того, как омерзительно разливается боль под гладкой белой чешуёй, но отвлекать внимание на себя наг ни за что не хотел.

В конце концов, что может случиться? Вот уважаемый Таллес уже сказал же, что у меня просто груда синяков, кости целы, а там ушиб и отёк. Я сам себе напридумывал, что больно. Правда, в переходной форме болеть не должно. Это оно, это «не перенапрягай конечности»? Мама… Ну, ничего, вот сейчас Раух придёт в себя, его накормят пирогом с малиной, и я распутаюсь, а там у меня ещё обезболивающий настой есть в бокале, какой я молодец, что не выпил его сразу!

Когда Раух открыл глаза, Эшшеле с осторожным облегчением вздохнул и очень аккуратно начал перемещать своё длинное чешуйчатое тело, помогая себе руками. Стоило освободить ифрита от этой наговской мумии, тем более, что мумия едва сдерживалась от позорнейшего водопада слёз. А что можно при докторе, то ужасно стыдно при других.
— У вас получилось, — пробормотал Эшшеле, с уважением глядя на Исариона, хоть губы и прыгали, пока это говорил. Выражать надежду, что всё будет в порядке, было лишним, Сахаш отполз в сторонку, подумал, но не рискнул возвращаться в двуногую форму, было и так больно. Если больно сейчас, то при перевоплощении он снова завопит, только зря перепугает всех.
Выписав себе с полдюжины мысленных пинков, Сахаш более-менее взял себя в руки, и в переносном и в прямом смысле слова, разместил змеиную часть кольцами в сторонке, чтобы никто не наступил, мужественно и ободряюще улыбнулся — знал бы, как это выглядит на бледной морде, и как утопающий схватился за бокал. Очень старался взял его аккуратно, но вышло всё равно торопливо, дрожащей рукой. И выпил залпом, с надеждой прислушиваясь к себе.
Нет, я молодец. Всё правильно сделал. Молодец же? Молодец. Сам себя не похвалишь, никто не похвалит. Ох, как хорошо, когда отпускает... медленно, но отпускает. И как же ужасно, что больше этого лекарства у меня нет.

0

17

Проклятье сопротивлялось. Оно загнанно металось внутри юноши, отчаянно цепляясь за кровеносные сосуды, бежало по венам, стараясь раствориться внутри измученного тела. Покидать столько богатую магическую среду, какую представлял из себя ифрит, оно явно не планировало. Подросток извивался от боли, но Алискар и Эшшеле держали крепко, не давая тому ни малейшей возможности разорвать прямой контакт с руками лекаря.
Пальцы эльфа, державшие первые точки, уже практически онемели. Но отстраниться сейчас, означало бы нарушить печать и отменить закрытие каналов, по которым темная энергия шла к сердцу и гортани.
Его тело может не выдержать. Слишком хрупкая физическая оболочка для столь сильного магического поля.
Таллес продолжал шептать слова заклинания, пристально следя за реакцией ифрита. И лишь когда поток разрушительной силы внутри остановился, устремившись по уже проложенной "паутине" назад, лекарь облегченно выдохнул, убирая руки. Растирая занемевшие пальцы, он наблюдал за медленным пробуждением пациента и лишь поморщился, когда феникс заорал практически ему на ухо.
- Алискар, если ты будешь так вопить, твоего друга придется лечить еще и от глухоты.
Сконцентрировав часть своей энергии в правой кисти, эльф медленно провел раскрытой ладонью над телом юноши, внимательно следя за поведением проклятья. Сейчас оно полностью сосредоточилось в левой руке ифрита - от плеча до запястья, а так же в верхней части грудной клетке, где черно-синий отек был наиболее явным. Главная же проблема заключалась в том, что выбранная ифритом для воплощения физическая форма подростка не выдерживала такой нагрузки, а проклятье, находящееся внутри не давало ему ее сменить - Раух оказался пленником этого тела.

— У вас получилось.
Эльф отрицательно покачал головой, задумчиво взглянув на юного нага.
- Пока еще нет. Мы лишь остановили его продвижение, но не изгнали совсем.
Поднявшись на ноги, лекарь отошел к стоящему на полке ларцу, вытаскивая оттуда кулон на длинной цепочке, в виде заключенного в серебряную оправу редкого однотонного кусочка яшмы, и отполированный до совершенно круглой формы прозрачный амблигонит. Немного подумав, он все же прихватил из шкафчика и травяную настойку, которая оказывала парализующее действие.
Возвращаясь со всем этим к кушетке, он ненадолго остановился возле замершего в отдалении нага. Тот все еще находился в смешанной форме, бледная кожа была покрыта испариной, тело била мелкая дрожь, а губы предательски подрагивали.
- Эшшеле, спасибо за помощь, - Исарион ободряюще улыбнулся, коснувшись плеча юноши. Было видно, что ему плохо, но заниматься им сейчас эльф не мог - жизнь ифрита все еще была под угрозой. А в случае Сахаша речь уже шла больше не о боли, а скорее о психологическом факторе, страхе перед ней. И с этим ему нужно постараться справиться самостоятельно. Все что мог сделать для него сейчас Таллес - незаметно "влить" в него немного своей энергии, чтобы тот успокоился, - вы хорошо держались.
Еще раз улыбнувшись нагу, лекарь вернулся к кушетке, присаживаясь на самый ее край. Бегло осмотрев ифрита, он задумчиво кивнул своим мыслям, после чего протянул юноше отвар.
- Раух, я хочу чтобы вы это выпили. Этот настой окажет несильное парализующее действие на мышцы, нам нужно избавиться от проклятья в вашем теле, иначе подпитавшись магической энергией, оно снова начнет разрушать ваш организм.
Вытащенную из ларца цепочку он надел себе на шею - этот невзрачный с виду кулон был достаточно сильным амулетом, защищающим от направленной негативной энергии. А небольшую прозрачную сферу крепко сжал в кулаке, прижав прозрачный камень к следам от укуса в плече.
- Алискар, отойди к Эшшеле, сейчас тебе нельзя быть здесь. Проклятье перешло с тебя на Рауха, выбрав более выгодного в магическом плане носителя, но в попытках спастись оно может снова вернуться к тебе при физическом контакте. К тому же ты будешь мне мешать.
Коротко вздохнув, лекарь приложил раскрытую ладонь к наложенной ранее печати около сердца ифрита. Необходимо было заставить темную энергию снова выйти через укус и поймать в ловушке внутри амблигонита. Для этого требовалось сильное заклинание и большой запас магической энергии, к тому же если все получится, рука Исариона на некоторое время потеряет чувствительность, но сейчас важнее было спасти этого юношу.
- Готовы? - тихо спросил эльф Рауха, серьезно глядя на него.

0

18

- Слышал... Теперь не слышу.. Наверное еще долго слышать не буду вообще ничего, по крайней мере этим ухом, - восклик Алискара раздался практически над самым ухом. И каково бы это ни было проявлением заботы и волнения, но баллистическое сотрясения мозга можно было и схватить. - Чего вы все так переполошились?! Я уже в полном порядке.
Собственная физическая оболочка ощущалась как-то странно, она словно в разы стала тяжелее, как добротная тяжёлая металлическая кольчуга, и стала на много сложнее в управлении. Но Кризу все равно удалось вполне беззаботно улыбнуться бледными губами.
Только теперь, пока вокруг него суетились, что-то делали, давали пить какие-то настои, он мог с интересом рассмотреть тех, к кому огненная птица его принесла. Эльф... ну ладно, достаточно не оригинально, что лекарем был именно эльф. Зато вот видеть эльфа так близко ифриту не приходилось, кажется, ни разу. Ну по крайней мере такого красивого эльфа на вкус Криза. Да еще с такими красивыми руками, длинными и тонкими пальцами... Залюбоваться  можно было.
Третьего, присутствующего в комнате, он даже не сразу заметил - тот сидел так тихо и так незаметно, стараясь максимально слиться с окружающей обстановкой, чтобы не попадаться на глаза... или под ноги. Наг что ли?! Вроде таких дивных ифрит раньше видел, вызывали его пару раз. Но те выглядили уж больно неприглядно, да и всего лишь в двуногой форме. А тут... ооо, это что, смешанная?! Так здорово смотрится, и наверное очень удобно! Вообще, джинны и ифриты частенько использовали подобные воплощения, когда не надо было далеко от своего сосуда вылезать. И что-то Криз теперь подозревал, что именно у нагов, они могли свистнуть идею такой формы воплощения.
- Выпить? Да без проблем, я и так не далеко от парализованного ушел - эта штука чертовски тяжелая, - отозвался ифрит, имея ввиду собственное физическое воплощение.  Пить настой ему пришлось прибегнув к помощи и лекаря, и феникса; жаль нага только к этому процессу не удалось подключить. Обеспечить всех вокруг себя работой, хоть и такой не трудоемкой - это же свято!
Зелье начало действовать практически моментально, оказывая хоть и не сильный, но ощутимый эффект. И если раньше ему только казалось, что он не может управлять своим телом, то теперь так и было. Для того чтобы шевелиться, надо было прикладывать приличные усилия, чего делать вообще не хотелось. Ифриты вообще не любят переутруждать себя.
- Ага. - Криз хотел что-то съязвить, когда его спросили готов ли он, но наткнувшись на такой серьезный взгляд моментально стушевался. - Что, все так страшно?

0

19

- От глухоты лечить не надо, он меня и глухой вполне устраивает, - мстительно пробормотал Алискар, сдерживая порыв дать лежащему ифриту по лбу, - а лучше еще и немоту добавить!
Это же надо, мы тут все волнуемся за него, паникуем, а эта зараза, едва открыв глаза, тут же принялась язвить и капризничать! Все, решено, как вернемся домой, прикажу ему немедленно отправляться обратно в свою бутылку насовсем!
Обиженно насупившись, Дин уселся на пол, демонстративно повернувшись спиной к кушетке. Тихо пыхтя от негодования, он наблюдал за действиями эльфа, стараясь переселить любопытство и не лезть с вопросами. Волнение, немного утихшее после того, как ифрит пришел в себя, снова вернулось - слишком уж серьезный вид был у лекаря, да и его слова про "изгнание" проклятья никак не шли из головы.
Сам феникс мало что понимал в сложных заклятьях и целительстве, поэтому нервно сжимал пальцы, не зная, чем себя занять. Юный наг затих где-то в сторонке, оставшись в смешанной форме, и судя по вымученной улыбке и дрожащим рукам, подключать его к лечению не стоило. А то Исариону сейчас придется заниматься не одним больным, а двумя - Эшшеле того и гляди хлопнется в обморок.
Я бы и один удержал Рауха! Было бы что держать - кожа да кости... самомнение на тонких ножках.

Стоило эльфу вернуться к кушетке, как Алискар тут же подключился к процессу подготовки. Не говоря ни слова, он придержал  ифрита, чтобы тот мог выпить настой, а стоило Таллесу попросить его отойти подальше, тут же вскинулся, упрямо поджимая губы. Он хотел оставаться тут, чтобы видеть все самому и при необходимости помочь. Того, что проклятье перекинется на него он не боялся, как-то не верилось, что такое вообще возможно, но вот мешать лекарю было бы неправильно, поэтому Дин все так же молча, нехотя переместился в угол, где расположился наг. При этом устроился на полу так, чтобы следить за действиями эльфа.
- Простите, что пришлось прибегнуть в вашей помощи. Вам совсем плохо? - негромко спросил феникс у Эшшеле. Взглянув на своего собеседника, он снова перевел взгляд на кушетку, где лежал Кризалис. Хотелось, чтобы все поскорее закончилось. А еще было неудобно перед этим нагом, который вроде как пострадал теперь из-за них.

0


Вы здесь » Dal'et » Гелвен » Дом Исариона