Dal'et

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dal'et » Флешбэк » Не ори в лесу, ты не дома!


Не ори в лесу, ты не дома!

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Экспромт.
Место действия: лес в предгорье, далеко.
Таймлайн: незадолго до основных событий в игре.
Аарот Эльвин и Ноу Фэйт.
--------------------------------------------------------------------

Обычно гепард отмахивался руками и ногами от предложений клиентов «А давайте я вот пойду с вами». Исключение составляла работа проводника, но и тогда клиент мирно шёл, так же мирно… Мать Паучиха, клиент обычно шёл к какой-то совершенно чётко отмеченной на карте точке, а не в поисках хрен знает чего!
Когда гепард получал это задание, он от воодушевления просто на стенку чуть не залез: выследить и поймать прыгучего хамелеона! Да это ж мечта всей жизни!
Конечно, клиент тут же принялся раздавать инструкции, как кланяться ящерице, как обходить, чего от неё взять, что при этом сказать, каким цветочком сверху потрусить. А этот цветочек ещё найти, да не помять, да чтобы не повял. И вот — беги по горам с цветком в зубах, а потом пляши вокруг хамелеона, которого, между прочим, не видно — он же хамелеон, мать его хамелеониху за ногу! И апогей — «а потом отпустить на волю, потому как редкость, пусть размножается».

Фэйт только руками развёл — ясен хрен, конечно отпустить, если редкость. Но затык оказался даже не в том, что прыгучий хамелеон не ловится. Проблема оказалась в полном отсутствии талантов к магии у гепарда. Полагалось не просто приседать вокруг чёртовой волшебной ящерицы, но ещё и какие-то магически кружева творить.
— Я могу просто поговорить с хамелеоном. Это я могу, это мои способности.
— Этого недостаточно, я иду с вами.

И у оборотня отвисла челюсть, а вернулась в нормальное состояние только в лесу. И вот как объяснишь, что верхом не, и никак, и на крыльях нельзя, и магию не включишь, потому как… Да потому что!
Через час устраиваемся на ночлег, — на ходу поставил в известность гепард, — дальше будет тяжелее. Лес забирает вверх, а в горах будет ещё хуже.
Единорог… Это же надо, как не повезло? надеюсь, он не читает мысли. Надеюсь, что это сплетни. Надеюсь, что это всего лишь сказки.
В глубине леса раздался торжествующий волчий вой, и Фэйт обречённо вздохнул. Волки считали, что единорог это вкусно, видимо, наслушались сказок. Кто их вообще поймёт, этих волков.

+1

2

В очередной раз единорог отчаянно жалел о том, что не может справиться с добычей необходимых компонентов сам. Он так не любил напрягать посторонних для своих нужд, пускай даже если эти потребности были предназначены не совсем для себя, а для других, что прибегал к этому только в случае самой крайней необходимости. К сожалению, такой случай представился. Выследить редчайшего хамелеона, который, к тому же, вообще не обитает в окрестностях Дальет, самостоятельно не представлялось возможным, особенно для Аарота, который был зельеваром, целителем, алхимиком, знатоком трав - кем угодно, только не следопытом. За оказанную помощь он готов был щедро заплатить, и был бы счастлив, если бы простой оплатой дело ограничилось, но в этот раз все не так просто. Как оказалось, охотник не смог взяться за дело целиком, как требовалось, несмотря на длительные подробные объяснения, и Эльвину мало того, что пришлось его сопровождать, так еще и довелось буквально навязаться, что было коню очень уж неприятно. Раз нанятый предпочитал работать один, единорог был бы несказанно рад не мешать, но выхода другого не было.
Лес ласково отзывался на каждый шаг и каждый глоток воздуха пением вечерних птиц и богатыми утонченными ароматами зелени. Здесь Аарот чувствовал себя даже лучше, чем дома, и отдаленный вой волков его мало беспокоил. А чего беспокоиться? Он ведь маг? Маг, да еще и рогатый. И большой очень, два метра в холке - это тебе не в траве на четвереньках бегать. Так что постоять за себя вполне может, если только на него большой стаей не нападут. Не пропадет. Хотя, конечно, до Дальет было уже неблизко, и кто знает, что водится в здешних лесах...
Размеренно шагая за грациозным оборотнем и невольно любуясь его движениями, Эльвин встряхнул гривой серебряных волос.
- Но, послушайте, сегодня же полнолуние. Помните, что я вам говорил? Цветок миддлемиста должен быть сорван при полной луне, а мы его еще даже не выследили. Мы не можем просто взять и остановиться на ночлег, тогда уж лучше сразу вернуться ни с чем, - голос единорога был вежлив и мягок, глаза с пониманием немного виновато вглядывались охотнику между лопаток.
- Неужели здешние леса так опасны? - Аарот искренне не верил в то, что им что-то грозит ночью. Единорог - неотъемлемая часть природы, существо наиболее приближенное к земле и лесу, и чувствовал он здесь скорее умиротворение, чем опасность. Но вот только как они отыщут темно-красный миддлемист в кромешной темноте? А без него к хамелеону и соваться нечего, никакого заклинания не получится.

+1

3

Съеденный заживо единорог способен сделать из волка сверх-зверя, князя окрестных лесов, уйди, это моя добыча!!!
Попытка съесть заживо мага-единорога сначала приведёт к тому, что ты со мной столкнёшься, и если выживешь, в чём я лично очень сомневаюсь, то он потом всё равно выпишет тебе прямо под пушистый зад. Что не ясно-то?
Ха-ха-ха, вы идёте правильной дорогой, впереди у вас…
Под ноги смотрите, — тут же пробурчал гепард, — тут колония сусликов всё изрыла, можно запросто сломать ногу в неприятном месте.
Фэйт ещё какое-то время собачился мысленно с вожаком волчьей стаи, поэтому слушал единорога вполуха, а потом оглянулся на клиента:
Нет, всё правильно. Просто он распускается, когда стемнеет. Пока светло, искать миддлемист бесполезно, нужно разглядеть зелёные листья и зелёный же снаружи бутон в огромном зелёном лесу. Его можно найти днём только если точно знаешь, что он тут есть, — Фэйт остановился, сорвал травинку, сунул её в рот и начал сосредоточенно жевать, — всё будет хорошо. В кромешной тьме я его найду по запаху, он распустится, и тогда я его найду.
Гепард подозревал, что не всё так просто, он прищурился на слишком лирично настроенного клиента и погрозил ему травинкой:
Вы уверены, что не будет неприятных сюрпризов? Какие-нибудь мстительные духи, которые вылезают из земли, стоит только сорвать цветок? Ядовитые змеи, которые живут вокруг таких цветов? Сам цветок не кусается? Я знаю только о том, как он выглядит и пахнет, больше ничего. Этого достаточно, чтобы найти.
Фэйт снова пошёл вперёд, жестом показывая, где обойти изрытую сусликами тропу, чтобы не провалиться по самое бедро куда не надо. Потом неохотно признал:
Здешние леса абсолютно безопасны. Они такие же, как и везде — кто-то ест, кто-то съеден. Опасен не лес, а то, что под ним. А под ним судя по всему богатое месторождение камушков с не менее богатой силой. То-то мне волки всякую чушь рассказывают, да и вот…
Оборотень снова резко остановился — поперёк дороги тянулась очень красивая серебристая нить, к ней крепилась другая. Фэйт суеверно сложил руки в молитвенном жесте, потом прикоснулся травинкой к нити — из куста моментально выскочил паук солидных размеров, со среднюю собаку, и на крейсерской скорости помчался по паутине к тому месту, где на паутинку прилипла травинка.
А между прочим пауки этой породы и до размеров кулака не дорастают, прощай ужин, — Фэйт снял с пояса пойманного часом раньше зайца и бросил пауку. Тщательно связал волосы на затылке, обернул руки пучками травы и поднял паутину выше, открывая проход для единорога.
Быстрее проходите, пока она занята, да не зацепитесь.
Паучиха тщательно упаковывала заячью тушку в паутину, косилась на незванных гостей. Фэйта от этого взгляда восьми круглых блестящих глаз бросило в дрожь.
Л'лос, милая, я ещё слишком молод, чтобы жениться, но пусть твоя девочка свадебный подарок оставит себе. Честное благородное слово, такая красавица найдёт себе жениха куда красивее, чем я, и куда более вкусного.
Оборотень был готов в любой момент взять ноги в руки и смыться подальше, но паутину держал, пока единорог не пройдёт.
Вот я вас только прошу, там вот меня подождите, лучше если я вперёд пойду. Надо будет гномам рассказать, что тут можно хорошую шахту открыть, эти камушки действуют очень крепко. Надеюсь, что волки тут не намного крупнее меня. И хамелеон размером не с дракона.

+2

4

Споткнувшись пальцами босой ноги о незаметный, но твёрдый корень, Аарот нахмурился и благодарно кивнул гепарду. Голыми ступнями он чувствовал что-то неладное в плотной лесной почве, словно полое пространство недалеко от поверхности, но толком не понимал, что именно это может быть, пока охотник не заговорил о сусликах. Провалиться в яму - это Эльвин запросто, любит же по сторонам глазеть, а не под ноги. Шаги стали осмотрительнее и несколько медленнее, чтоб уж наверняка не угодить в какую-нибудь хитроумную лесную ловушку и не доставить гепарду еще больше проблем.
Жидким золотом яркие лучи закатного солнца, проникая сквозь плотные кроны деревьев, разбиваются оземь и расплескивают вокруг свое ослепительное тепло, мягкой вуалью окутывающее кожу ног и ладоней Эльвина. Дневной зной помалу спадал, уступая место свежей вечерней прохладе, наполненной стрекотом сверчков и блеклым мерцанием загадочных фонариков разнообразных ночных насекомых. Легкое дуновение ветра и возмущенный шепот листьев, разбуженных этим дыханием. Предупреждение охотника быстро благополучно вылетело из расслабленной единорожьей головы, и его внимание снова рассредоточилось. В конце концов, вглядываться и искать - не его работа, да и он все равно бы не справился.
- Хорошо, я вам доверяю. - Размашистый кивок. - То есть, вы все же хотите притормозить и дождаться темноты, или остановка все-таки откладывается?
Резко остановившись и слегка отпрянув назад, Аарот опасливо покосился на травинку, а после мягко отвел руку охотника в сторону тыльной стороной своей ладони. На самом деле, было еще кое-что, что алхимик не рассказал гепарду сразу, и хорошо, что последний напомнил об этом единорогу сейчас, иначе неприятные сюрпризы не заставили бы себя ждать.
- Миддлемист - исключительно редкий цветок и почти так же исключительно прекрасен, поэтому у него собственная охрана. Невооруженным глазом его не увидеть, и тут мы полагаемся на ваше обоняние, но рвать его еще опаснее. Он оказывает на каждое существо, осмелившееся уничтожить его красоту, свой эффект, и всегда разный. Одни обрастают шерстью, другие лишаются рассудка, у некоторых пропадает зрение... Временно, конечно. - Эльвин поспешил закончить рассказ, предостерегающе замахав руками. - Побочный эффект длится не более получаса, но в одиночку сложно с этим справиться, особенно если не знаешь, что именно тебя ждет. Это одна из причин, по которой я пошел с вами. - "Наверное, рвать цветок придется именно мне, вряд ли охотник захочет испытать на себе всю прелесть загадочной мести."
Отзыв о здешнем лесе вполне удовлетворил единорога. Хотя, если бы он действительно мог читать мысли, то вряд ли был бы так спокоен: волки не страшны только тогда, когда их не видно и не слышно, а в противном случае огромные копыта явно работали бы быстрее, унося стройный, но массивный круп подальше, в безопасное место. Заглядевшись по сторонам, Аарот слишком поздно заметил, что гепард остановился, и едва не влетел ему в спину, но, слава Великой Матери, успел затормозить. И тут же весь покрылся мурашками, завидев огромного паука.
- Если здесь такие пауки, то каких же размеров тогда волки... - Торопливо пройдя под паутиной, Аарот, все же, далеко не отошел, ожидая, пока оборотень тоже проскочит. Он встал между паучихой, ревностно прячущей свой недавно еще живой ужин, и гепардом, заслоняя последнего от четырехкратного взгляда гигантского насекомого.
- А гномам-то не опасно будет их здесь добывать? Мало ли, потом в пещеры свои не пролезут. - На самом деле, единорог больше беспокоился за лес, а не за гномов-корчевателей, равнодушных к утонченной красоте. Растирая покрывшиеся гусиной кожей руки, Эльвин последовал за охотником по его следам, выворачивая голову назад и с любопытством наблюдая за кровожадной паучихой.

0

5

— Вот спасибо, — убито высказался гепард, представив себе всю меру побочных эффектов, — сильно сомневаюсь, что обрастание шерстью меня напугает, а вот лишиться рассудка как-то не очень хотелось бы. За полчаса, уважаемый, обезумевший оборотень способен съесть живьём одного единорога, и очнуться уже в положении князя здешних лесов, если волки мне не соврали. Рвать цветок это ничего, главное чтобы поодаль держался тот, кто не позволит сорвавшему самоубиться или прикончить второго, или мимоходом походя разрушить мир.
Благополучно оставив позади паутину с очаровательной восьмиглазой дочерью великой богини, Фэйт повеселел и прибавил шагу. Дальше на солидное расстояние не могло быть паутины — дочери Л'лос ревнивы и не любят болтать по-соседски с себе подобными.
А что гномы? — уточнил охотник, в которой раз с упрёком глядя на босые ноги алхимика. Если бы глупыми вопросами, которые приходилось глотать, можно было бы питаться, то Ноу уже давно растолстел бы. Причём только за этот поход.
Кто ходит по лесу босиком? А главное — зачем? А если ключка? А если заноза? А если змея ядовитая укусит, да прямо за пятку? Это вообще зачем?
То будет уже гномская забота, да и жить-то они тут вряд ли будут. Мы же идём, и не растём моментально. Значит тут нужно жить, чтобы вымахать, — Фэйт притормозил снова. присел на корточки и изучил волчьи следы на тропинке, поставил рядом отпечаток своей руки и сравнил с размерами лапы. Исходя из этого попытался определить размеры зверя в холке — это выглядело довольно забавно, как попытка обрисовать зверя размером с огромного медведя.
А пасть, значит… хорошая такая пасть, и клыки длиннее моих пальцев.
Хорошие тут волки, внушительные, — заключил Фэйт, отмерив рост предполагаемого волка в холке, как выше себя двуногого да в полный рост, — ничего, они хотя бы умные.
Приходилось идти всё быстрее и быстрее, как будто оба пытались сбежать от надвигающейся ночи, гепард очень надеялся, что не придётся объяснять набегу, почему так торопится пройти именно это место. В результате пришлось даже пробежаться, всё время отлавливая тонкие запахи, которые разливались по обе стороны тропинки. Наконец мир начал отвечать требованиям охотника, и он притормозил:
Ну вот. Вот теперь можно устроиться на отдых, — гепард с сожалением осмотрелся, — это ничего, что теперь тут хоть глаз выколи, у нас есть ещё часика два, чтобы обосноваться.
Фэйт бодро и деловито отошёл от тропы — на звериных тропах вообще лучше не устраиваться — быстро соорудил низкий костерок и поставил греться немного воды в котелке.
Вам же наверняка известны растения, которые не любят соседей, правда? — начал объяснять гепард, — там, где они растут, бесполезно искать наш цветочек, они не подпустят расти возле себя вообще ничего. Зато на краю такого сообщества есть намного больше шансов найти то, что нам нужно.
Ноу быстро насыпал в котелок брусничных и малинных листочков, разлил чай в две кружки, одну выдал клиенту и перевёл дыхание.
Почему босиком? — наконец озвучил охотник, демонстрируя собственные ноги, обутые в мягкие сапоги, — В чём смысл ловли колючек в пятки?
Из ближайших кустов к костру выскользнуло длинное змеиное тело, тварюка разобралась, что огонь несъедобный, и раздражённо зашипела.
Нет, это наше место, — рассердился гепард и бросил к змеиную морду веточкой, — вы мне это бросьте!
Змея принялась покачиваться и трогать воздух языком, Фэйт сердито выдал специально для неё пронзительный крик сокола в чистом небе — мысленно, разумеется. У змеи случился разрыв шаблона — с одной стороны, она понимала, что стоит ночь, и сокола быть не может, с другой стороны — слышала же лично!

+1

6

- Вот видите. Так что простите, но одному идти за цветком вам никак было нельзя, и это не моя прихоть, придется уж потерпеть мою компанию некоторое время. - Говорил единорог без тени упрека или обиды, в шутливом тоне, дабы не поставить в неловкую ситуацию и себя, и охотника. Стадия неловких ситуаций с неумелыми уговорами и самонавязываниями была, слава Великой Матери, уже позади. - К тому же, думаю, цветок стоит сорвать мне, ибо я незнаком с обитателями этого леса и опасностями, которые могут подстерегать, так что уберечь вас смогу как максимум от себя самого. Не факт, что этого будет достаточно. - Подсознательно Аарот понимал, что последнее слово в любом случае будет за Фэйтом. Все-таки, провожатый и умелый здесь он, да и как ему удастся удержать разбушевавшегося гигантского единорога, если вдруг тот под действием цветка возомнит себя воплощением зла и разрушения? Но что будет делать чужой в этих лесах Эльвин, если они подвергнутся нападению стаи волков как раз тогда, когда грозный гепард будет изображать маленького котенка и беспечно кататься в травке? Как ни крути, охотник здесь необходим в полном здравии и с ясным сознанием, если они хотят вернуться живыми и с добычей.
Наконец огромные паучьи глазищи скрылись из виду, и Аарот немного успокоился, инстинктивно отряхнув с рук несуществующих насекомых. От торопился, шагая точно по следам охотничьих сапог, и неизменно поспевал за ним, наконец сумев сосредоточиться на передвижении, а не на изучении флоры и фауны странного мутирующего леса.
"Ну надо же, ему и правда плевать, что станет с гномами.." Эльвин возмущенно пялился в затылок грациозного охотника, предусмотрительно промолчав. Наверное, для оборотней такое равнодушие вполне нормально, да и для других рас тоже, но добряку-единорогу этого понять по природе своей не дано. Гномы ведь живые? Живые, разумные, восприимчивые, ничем не отличаются от представителей других рас, и заботы достойны точно так же. Встретить понимание в лице Ноу алхимик даже не надеялся, так что оставил свои сентиментальные мысли при себе.
Тоже остановившись, белогривый обошел присевшего оборотня сбоку и вгляделся во внушительный след волчьей лапы. Казалось, он совсем немного уступал по размерам широкому единорожьему копыту, и это заставило волосы на загривке Эльвина неприятно зашевелиться.
- Умные, говорите... - Почему-то это тоже отнюдь не успокаивало. Благодаря стойкому чувству дискомфорта, Аарот охотно прибавлял шагу и переходил на бег, наблюдая за своим провожатым, и облегченно выдохнул, почувствовав, что вибрирующее ощущение опасности осталось позади.
Единорог и глазом не успел моргнуть, как маленький костерок уже потрескивал веточками, а озорные языки пламени ласкали дно маленького котелка.
- Чаю? - Аарот кивнул на узел с травами. Все-таки, им еще целую ночь шнырять в округе, и бодрящий ароматный женьшень ничуть не был бы лишним.
Опустившись на траву подальше от огня, единорог кивнул в ответ на вопрос:
- Такие растения в основном степные, некоторые - горные. В лесах, похожих на этот, только раффлезия растет вдали от всего остального, и то не потому, что не терпит соседей - это соседи не выносят ее разящего наповал аромата. - Алхимик сорвал травинку и стал покусывать ее стебель. - Но подсказка все же есть: миддлемист растет поблизости ручьев и родников, но вдали от озер, ибо на дух не переносит стоячую воду и лягушек. Вдали от водоемов искать его бессмысленно, но в округе - сколько угодно, потому что у цветка достаточно длинные корни, и расти он вполне может и в километре от источника влаги. - Не ахти, конечно, но значительно сужает круг поисков.
Аарот только было собрался ответить на вопрос о босых ногах, как его внимание привлекло рассерженное шипение. Единорог восторженно распахнул глаза и стал беззвучно аккуратно подкрадываться к явно чем-то ошарашенной змее, игнорируя реакцию охотника. Прячась в высокой траве, он подобрался к змее достаточно близко и в молниеносном броске схватил ее длинное гибкое тело. Уселся с добычей обратно на свое место и получил несколько укусов, пока перехватывал рептилию за голову, но и глазом не моргнул.
- Это лесная эфа, довольно редкая и очень ядовитая, в окрестностях Дальет такую не изловить. Ее яд невероятно ценен, используется для приготовления самых сильных универсальных противоядий. Так что я, пожалуй... - Искусанной рукой Эльвин полез за пазуху, чтобы достать колбу и подоить змею, как тут кое-что вспомнил. - Босиком? Так гораздо приятнее. У меня кожа грубая, хоть с виду и не скажешь, колючки застряют редко, а укусы ядовитых змей и насекомых мне не страшны благодаря врожденной устойчивости к отраве... Так что могу позволить себе такую роскошь. - Сейчас главное, чтобы оборотень осознал, что не нужно рыть коню могилу из-за укусов смертоносной эфы. Бросив на Фэйта извиняющийся взгляд, единорог вытер кровь с руки о траву и достал наконец нужную колбу.
- Это тебе не повредит. - Обращаясь к змее, Аарот вынудил ее распахнуть пасть. Накрыв горлышко колбы своей рубахой, алхимик поднес его к смертоносным клыкам и позволил эфе вдоволь пожевать натянутую ткань, выпрыскивая желтоватый яд во флакон. Выдоив из змеи достаточно отравы, Эльвин отошел подальше от Ноу, для которого яд был смертельно опасен, и выпустил бедную пленницу прочь. Она тут же исчезла, пошелестев травой, и белогривый надеялся, что навсегда. Закупорив колбу, он спрятал ее подальше.

Отредактировано Аарот Эльвин (2012-06-27 19:35:58)

+1

7

Да, можно и ещё чаю, — согласился Фэйт, — особенно бодрящего. Сегодня ночь не спать.
Гепард указал в просвет между деревьями, там вверху на темнеющем небе торчал, как приклеенный, лунный блин, он ещё цеплялся краем за верхушки деревьев, но было понятно, что ночь ожидается весёленькая.
Луна сегодня красноватая, где-то буря, — гепард вздохнул, — ближе к утру может и до нас добраться, а может и нет…
Сцену доения змеи Фэйт наблюдал, порываясь отнять несчастную эфу у единорога… или наоборот, не суть важно. Ему было непонятно, зачем позволять змее себя кусать, тем более ядовитой змее. Что клиент идиот, который не знает о ядовитости гостьи, это охотник сразу отмёл — алхимик же специально полез к змее, чтобы получить от неё толику яда.
Он знает, что делает. Безусловно. В конце концов, он же алхимик…
Гепард наблюдал, время от времени порываясь сделать всё правильно, потом глубоко вздохнул.
Так… Вы понимаете, у меня первый раз такой заказчик… хорошо, цветок рвать вам, но давайте сделаем вот как, — оборотень взял флягу, поболтал ею возле уха и подсел к нему, быстро промыл ранки от змеиных укусов, присыпал порошком для быстрого заживления ран, — позвольте. Понимаете, Аарот Эльвин, — Ноу замялся на имени, — леса бывают разные… я не хочу диктовать вам, как правильно смешивать зелья и всякие алхимические штуки. Потому что я не понимаю в этом ничего.
Фэйт быстро осмотрел стопы заказчика и пока угомонился, строго глядя на единорога.
Пожалуйста, давайте мы не будем на практике испытывать, как именно изменился яд лесной эфы из-за влияния тех камней, что прячутся под лесом. И лучше не ставить под угрозу главную цель нашего похода только из-за того, что вам приятно иногда побегать босиком по приятной травке безопасного парка или рощи возле стен Дальет. Растения, насекомые, животные — все они ничего не могут поделать с той магией, которая прячется в камнях под землёй, но мы-то с вами разумны, и будем поэтому осторожными заранее. Вот гномы, когда придут разрабатывать шахты, тоже разумные же, они о камнях знают столько, сколько я о поведении в незнакомых лесах, и сколько вы знаете о травах и зельях, и все счастливы потому, что гномы не прыгают по лесам, гепарды не варят зелья, а единороги не копаются в шахтах.
Суровый монолог Фэйт смягчил виноватой улыбкой. Он не умел рявкать на клиентов, как другие проводники, ему было на самом деле неудобно. Но куда неудобнее тащить на себе помирающего по собственной дурости клиента, за которым не уследил. Это сразу смерть и гибель репутации охотника, часто берущего работу проводника.
Орки гениально подходили для этого, они сразу и бесповоротно запугивали любого клиента, туша нависала сверху и рычала: «Идти строго за мной, никакой самодеятельности, никаких цветочков, никаких бабочек! Есть и спать когда я скажу, естественные надобности только под моим присмотром, никаких купаний в красивых ручьях, никаких поцелуев с подозрительными красавицами, вылезшими из тёмных уголков леса!»
И у нас заканчивается вода, так что мы с цветком будем искать ручей с одинаковым рвением, — заключил Фэйт и вручил единорогу котелок, в который вылил остаток воды, — очень любезно с вашей стороны предложить чай…
Оборотень быстро перекинулся в звериную форму, взял в зубы флягу и неразборчиво проворчал:
Я вас очень прошу, никуда без меня не ходите, сейчас вернусь!
Зверь тут же растаял в темноте. Что ручей где-то недалеко, он по запаху ночного воздуха определял, но в направлении сперва чуть-чуть запутался. По берегу ручья Фэйт пошнырял недолго, путаясь лапами в пахучих ночных цветах. Набрал воды, пощурился задумчиво возле чего-то крайне похожего на тот цветок, что был нужен, но он только собрался распускаться, поэтому определить, тот ли это цветок, он не мог. Возвращался Фэйт сломя голову, почему-то показалось, что единорог уже задружился с половиной лесного зверья или волки всё же решили поужинать.

+1

8

Надежно упрятав драгоценный флакончик, наполненный прозрачной желтоватой жидкостью, Аарот вернулся на место и достал черный чай с измельченным женьшенем, собираясь наконец заварить его. Вода в котелке как раз бурлила, закипев, и была более чем подходящей для приготовления вкусного бодрящего напитка. Но у охотника, видимо, были немного другие планы: единорог и глазом моргнуть не успел, как глубокие тонкие раны на руке слегка защипали от промывания и лечения. Отбиваться Эльвин не стал: все же, это - гораздо лучше, чем если бы Ноу уложил алхимика на лопатки и начал измерять его вкривь и вкось с вопросом вроде "Вам дубовый или ясеневый?". Так что пускай уж полечит.
- О...ммм... Спасибо большое. - Эльвин смутился, щеки подернулись легким румянцем, почти незаметным в сгущающихся сумерках. Благодарно кивнув, единорог зашептал целебный порошок элементарным заклинанием, и он впитался в кожу, исцелив ее окончательно. Хорошо, что гепард согласился передать право сорвать цветок алхимику, - так, по крайней мере, безопасней будет, да и единорогу не привыкать к экспериментам, - но, похоже, последнего сейчас ждала серьезная поучительная беседа.
Как оказалось, даже в некотором роде нотация.
Внимательно выслушав суровый монолог охотника и приняв к сведению каждое слово с самым вежливым видом, Аарот вдруг вместо логичного в такой ситуации раздражения почувствовал неожиданный укол совести, приправленной щепоткой чувства вины. Ну что он, как дикарь, в самом деле? Свалился на голову ни в чем не повинного оборотня весь такой босой и беззащитный, позволяющий гиперъядовитой змее беспрепятственно кусать себе руки. Пускай это и в самом деле нисколько не повредит здоровью белогривого, но о нервах охотника-то кто думать будет? Плюс его виноватая улыбка растопила бы в чутком к окружающим сердце единорога даже самую толстую льдину обиды и негодования.
- Как бы яд ни изменился, мне он все равно не повредит, я же единорог. Мы априори не восприимчивы к отравам, так что вам абсолютно нечего беспокоиться. - Но, исходя из того, с каким беспокойством гепард осматривал ступни алхимика минутой раньше, Аарот заключил, что словами его не убедить. Минутная пауза, молчаливая борьба упрямых взглядов - и единорог сдался, обезоружено поднимая руки. - Ладно, ладно, если вы настаиваете... - Эльвин достал из дорожного мешка пару легких сапог и нехотя натянул их на босые ноги. И тут же скривился от неприятного сковывающего чувства.
Послушно кивнув охотнику, зельевар зашуршал бумажными свертками, собираясь наконец заварить чай.
- Я не сойду с этого места, обещаю. - И лучше бы он этого не обещал...
Как только гибкий провожатый скрылся из виду, Аарот увлеченно побросал в кипящую воду чайные листья и стал постепенно добавлять женьшень, колдуя над отваром. Закончив с основной частью работы, он накрыл котелок крышкой и принялся магией раздувать языки пламени, чтоб не лизали стальное донышко с таким рвением. Запахло пряной свежестью бодрящего напитка.
Эльвин улыбался и что-то едва слышно мычал себе под нос, беззаботно наблюдая за чаем, как вдруг вмиг затих и насторожился. До ушей не доносилось ни звука, но волосы на затылке неприятно зашевелились, и чувство опасности ртутью проникло в вены. Замерев без движения и даже дыхание затаив, единорог прислушался, уловил шелест травы совсем рядом и резко обернулся.
Два огромных желтых глаза с вертикальными зрачками, как раз на уровне перепуганной синевы единорожьих, чей хозяин стоял в свой немалый полный рост.
От изумления конь едва не уселся прямо в костер. Обомлев и разинув рот в немом крике, Аарот дернулся от издевательского шипения. Обиженная маленькая эфа вернулась, да не одна, а с мамочкой, чье покрытое ромбовидным узором тело было толщиной с самого Эльвина, а длиной - так сразу взглядом и не охватить. Охренев окончательно, алхимик хотел было дать дёру, но понимал, что от такого чудища вряд ли убежит, да и он обещал охотнику никуда не уходить. "И где только Ноу, когда он так нужен..."
Мягко, без резких телодвижений белогривый отступил на шаг и молниеносно принял истинную ипостась. Теперь он был больше мамочки-эфы, по красней мере, больше ее головы, а значит, уже представлял для нее какую-то опасность. Но драться со змеей так и не решился, - пускай яд и не страшен, но даже такого огромного коня она без труда целиком нанижет на свой клык, - вдруг Ноу со своими способностями сумеет ее отговорить глотать алхимика. Так они и застыли, - змея и единорог, - одинаково напуганные и одинаково опасные, наставив друг на друга свое самое страшное оружие: рог и клыки.

+1

9

Вот это ощущение с вот этими результатами гепард ненавидел больше всего. Это когда несёшься с очень нехорошим предчувствием, и понимаешь, что там творится что-то опасное, например, нападение волка, а потом прилетаешь, и обнаруживаешь, что нет. Не волка. А много хуже.
Мама, — вырвалось у оборотня совершенно на автомате. Фляга мокро шлёпнулась в жирную траву, гепард оценил картину маслом, которая тут нарисовалась.
Многорукая, как же красиво, посмотрела бы ты сейчас на это зрелище. В небе полная луна, костёр, вокруг грёбаный лес, выросший на месторождении неизвестных мне магических камней, а возле костра стоит единорог и играет в гляделки с огромной змеёй, деточку которой глупый конь по незнанию обидел… И на всё это огромными офигевшими глазами смотрит тощая пятнистая тряпка.
Эттто твоя мама? — заикаясь выговорил оборотень. Немигающие змеиные глаза оценивающе смерили его взглядом и вернулись к единорогу. Фэйт опешил, пытаясь сообразить, что же делать, прижался к земле и неслышной пятнистой тенью прополз оставшееся расстояние. Судя по движению змеиного языка, манёвр не остался незамеченным, просто гостья пренебрегла. Подумаешь, какой-то гепард. Да по сравнению с конём рогатым хищник был маловат. В самом деле, среди крупных хищных кошек гепарды на самом деле были самыми мелкими, тонкокостными и… слабыми.
Зато быстрыми. И думаем мы быстрее, правда такие глупости думаются. Л'лос, надеюсь, что я не умру так глупо вот на этой полянке.
Гепард плотнее вжался в землю, пятнистая шкура плавно перетекла между единорогом и змеёй, а на ноги вскочил уже охотник — Фэйт в таких делах больше доверял своей более умелой и разумной форме. Обиженная единорогом змейка оказалась моментально схвачена за шею. Её мамаша двигалась молниеносно, но размеры сыграли с ней злую шутку — поле зрения не настолько безукоризненно было, да и единорог отвлекал тем, что маячил перед носом, костёр смазывал тепловую картину мира, а ведь змеи реагируют на тепло, верно?
Охотник, белый как простыня, сильнее сдавил шею змейки прямо перед большим змеиным глазом у своего лица, инстинктивно зашипел на неё рассерженным котом. Демонстрация намерений закончилась тихим горловым рычанием — оскал зубов возле змеи был красноречив.
Стоять перед распахнутой змеиной пастью и смотреть, как зубы мягко поблескивают ядом, было очень… Да страшно это было, забодай всех в этом лесу пьяная фея верхом на лысом зайце!
— Убью, так и знай, — отчётливо прошипел Фэйт прямо в змеиную пасть, — у нас свои дела, у тебя свои. Нечего отпускать от себя малявку, кто же к костру лезет? Это нужно совсем дурой быть. Скажи спасибо, что просто яда сдоили немножко, а не оттяпали глупую башку.
Змея немного отодвинулась, пасть закрыла. Перед носом у гепарда замелькал раздвоенный язык и Ноу оглянулся на единорога через плечо. Сейчас шкура красавца-коня казалась просто жалкой пародией на великолепную трупную бледность лица до смерти перепуганного гепарда.
— Это она меня так нюхает. А от меня паучихой пахнет наверное.
Змея ещё сильнее отклонилась назад, и Фэйт снова тихо предупреждающе зарычал — из такого положения обычно производится короткий бросок, и жертвы нет. А что габариты — дивный ей сейчас как раз по размеру, цыплёнок и есть. Но змея неожиданно прекратила демонстрировать стойку и улеглась.
— Или не паучихой, или это я возле ручья на удачную траву наступил, — пробормотал охотник, медленно опуская руку с полупридушенной маленькой эфой, — или обнаглел в край.
Фэйт протянул свободную руку к змее-мамаше и машинально сколупнул с её носа отслоившуюся чешуйку, поскрёб ногтем.
Ты линять собралась, что ли? То-то характер портится, и под шкурой чешется, ага?
Змея снова мазнула раздвоенным языком по воздуху рядом с рукой охотника. Гепард продолжал почёсывать её нос, быстро провёл рукой по своей шее, по одежде, запутывая змею, смешивая запахи.
Ну вот… и иди, давай-давай, ножками, или что там у тебя, — Фэйт разжал пальцы, выпуская малявку, посмотрел, как мамаша ткнула носом в свою дочурку и потянулась в кусты, растеряв интерес к дивным.
— Ну вот и хорошо, — гепард даже наклонился поднять флягу, которая лежала возле змеи, с недоумением ойкнул шёпотом и уставился на укус. Обиженная малявка всё же цапнула на прощанье за руку, и по большому счёту гепард её понимал. Досадно, когда вот так сперва обидели, а потом… ещё раз обидели. Теперь охотник не просто бледный, а уже близкий к синеве, повернулся к единорогу и успокаивающе помахал рукой:
— Я думаю, что теперь всё хорошо будет.
И плюхнулся возле костра, перетягивая руку ремнём с такой силой, что пальцы закололо, перекрывая кровоток настолько, насколько это вообще возможно. Лезвие ножа Фэйт сунул в костёр из соображений дезинфекции, и сглотнул. Вечер всё ещё не был томным, но по крайней мере с этой проблемой он точно знал, как справиться.

+1

10

"Слава Великой Матери..." Боковым зрением уловив гибкие молниеносные движения гепарда, Аарот испытал неожиданный прилив счастья. Редко он настолько рад кого-то видеть! Ну все, теперь они, можно сказать, спасены.
Хоть единорог ни на миг не сомневался в том, что охотнику удастся уговорить мамочку-эфу убраться восвояси, но расслабился он явно рано: все самое проблемное и интересное только начиналось. Аарот не переставая целился острым рогом в пасть змеи, готовый броситься вперед в любой момент и проткнуть ей нёбо, если тварь вдруг сочтет гепарда вкусным ужином.
Эльвин видел великое множество необыкновенных талантов в действии, но все же самым чудесным и загадочным ему казалось умение находить общий язык со всяким зверьем. Вот Ноу, вроде бы, и не делает ничего особенного, а змея его понимает, как и наоборот, ну надо же! Это как раз то, к чему единорог сам стремился всю жизнь, но что в итоге так ему и не удалось. Приручить животинку - еще ладно, но когда к тебе приползли с твердым намерением отомстить, при чем вполне обоснованным...вот тут-то и понимаешь собственное ничтожество перед рептилией таких габаритов.
Синие глаза беспорядочно метались между Фэйтом и змеей. Аарот взбрыкнул и забил копытом, увидев, что охотник голыми руками полез к мелкой лесной эфе. Ну знает же, что ядовитая, ну неужели так жизнь не любит?! Единорог порывался рвануть к гепарду и отобрать у него змееныша, пока не случилось непоправимое. Вообще, у целителя с собой в запасе было кое-какое противоядие, но оно не совладает с отравой такой силы, если его не усовершенствовать. Но алхимик отчаянно надеялся, что малышка эфа не тяпнет полоумного охотника, обойдется без этих отчаянных махинаций.
Длиннющий раздвоенный язык потянулся к оборотню, но единорога беспокоил не он, а цвет кожи провожатого. Его лицо стремительно становилось похожим на несвежий подтаявший снег, и это явно не была обычная бледность от страха. Взгляд скользнул на руку охотника, сжимающую шею змеи. Мелкие темные бусины крови на запястье. Сердце Эльвина ушло в пятки.
— Это она меня так нюхает... - "Да плевать, хоть в любви признается!"
- Эээ... Ноу, ты... - Слова прервало рассерженное шипение, и Аарот смолк, опасаясь сорвать всю операцию. От страха за жизнь Фэйта у коня шесть вздыбилась, а он сам даже позабыл о вежливости, и едва мог устоять на месте, мелко подрагивая от желания броситься в леса на поиски каких-нибудь трав, что помогли бы закончить противоядие.
Секунды капали, словно древесная смола, моментально застывающая на свежем воздухе. Жизнь гепарда измерялась драгоценными песчинками времени, необратимо падающими в бездну.
Эльвин абсолютно не обращал внимания на односторонний, но все же диалог охотника со змеей, даже не смог толком удивиться ласковому почесыванию носа рептилии, - события вертелись, словно в замедленной съемке, а в голове тем временем судорожно назревал план по обезвреживанию смертоносного яда эфы. Вот бы удалось найти бузину или белладонну...хотя нет, приготовление лекарства из них занимает слишком много времени, Фэйт уже и остыть успеет. Но что же тогда... Кровь прилила к белой лошадиной голове.
Прошла, казалось, целая вечность до тех пор, как мамочка вместе со своим отродьем мирно уползли в лесную темень. Единорог встал на дыбы, возмущаясь негромко, но с долей неподдельной паники в голосе.
- Хорошо?! Ты правда так считаешь?! А то, что ты уже синими пятнами покрылся, тебя совсем не волнует?! - Завидев, как нож полетел в огонь, Аарот окончательно вышел из себя. Ну терпеть он не мог эти антисанитарные народные методы лечения! Рука перетянута - это хорошо, это немного замедлит распространение яда, и выиграет время для...а чего это конь, собственно, еще ничего не предпринял?!
Подхватив зубами нож из костра, чтобы Фэйт не изувечил себя в его отсутствие, Эльвил могучим галопом умчался под тень деревьев. Зоркие глаза пристально обшаривали землю, выискивая что-нибудь сильное, действенное, и чудо-таки случилось. Даже скакать далеко не пришлось. Всего в сотне метров от их кострища целыми пучками рос спасительный безоар, поистине уникальное растение. Капнешь на него яда - и он сам в минуту создаст антидот, если зашептать правильно. А заговоры Эльвин, спасибо ответственности, помнил хорошо.
Перекинувшись в двуногого, Аарот выплюнул нож себе в руку и быстро нарезал несколько толстых скользких стеблей с серыми цветками, немного напоминавшими обычные камни. И со всех ног припустил обратно к умирающему.
Вода из котелка выплеснута в траву, вместо нее в посудине пара гибкий темных стеблей. Достав из-за пазухи колбу со змеиной отравой, целитель уронил несколько капель на широкие темные листы, и тут же зашептал тихий длинный напев. Тем временем бледные пальцы нащупали перетянутую руку охотника и прижались к раздутой вене, следя за пульсом. Растения в посуде медленно плавились, превращаясь в желтоватого цвета вязкую жидкость.
Удары сердца едва прощупывались, когда противоядие наконец было готово. Аккуратно поддерживая охотника за шею, Эльвин приставил котелок к его губам и наклонил, вынуждая его сделать несколько немаленьких глотков. Затем снял жгут и руки, смочил в этой густой жиже палец и нанес на укус, который затянулся на глазах. Целитель принялся растирать ледяные подернутые синевой ладони пальцами, дыша на них, чтобы вернуть к нормальной температуре и улучшить кровообращение.
Кажется, подействовало. Кожа гепарда медленно приобрела живой цвет.
Аарот озлобленно вытаращился на Ноу и раскрыл рот, чтобы выдать длинную разгневанную тираду о том, как глупо, неосмотрительно он поступил и как сильно напугал коня. Но, вместо этого издав громкий рычащий вздох, откинулся спиной на траву, едва не лишившись чувств от нахлынувшего облегчения.

+1

11

— Хорошо?! Ты правда так считаешь?! А то, что ты уже синими пятнами покрылся, тебя совсем не волнует?!
Не особенно, я когда в звериной форме, так и вовсе в пятнах весь, хотя и не в синих, — попытался пошутить охотник, и уже собирался рассказать единорогу о том, как здорово, что он всё же выдоил большую часть яда коварной и обидчивой маленькой твари, как клиент выкинул финт, от которого у Фэйта рот открылся сам.
Вот тебе, Л'лос, и пряник в виде бабочки… Это самый идиотский способ убийства, который я когда-либо видел на белом свете. Граждане, он убежал с моим ножом, которым я, между прочим, собрался себе жизнь спасать!
Тем не менее, коня рогатого и след простыл, а проблема начала решительно напоминать о себе. Ноу в сумке покопался, в надежде на чудо и внезапное появление второго ножа, но суть дела была такова, что нож был один, нож был любим, охотник его холил и лелеял, и нож этот сейчас был где угодно, но не у него в руке.
Фэйт сердито выкладывал из сумки свои пожитки, надеясь откопать хоть что-то, что может пригодиться в такой глупой ситуации, но так уж вышло, что без ножа…
Как без рук! Ну что ты будешь делать!
Гепард в полном расстройстве сунул в рот пару стеблей травы и начал сосредоточенно жевать. Выговорить название этого прекрасного средства он мог только после пары бутылок вина, да и то неправильно, но главное, что делала эта прелесть — замедляла работу сердца. Чтобы яд не метался по тушке, как ненормальный, это было то, что надо.
Странно, но клиент почему-то примчался обратно. Фэйт уже успел смириться с тем, что это такие приколы у некоторых алхимиков — завести подальше в лес, там подсунуть змею и спереть нож.
А я-то думал, что он уже несётся где-то галопом, радуясь такому восхитительному трофею. Не, оно было бы понятно, если вспомнить, что я за этот нож в своё время отдал.
— Откровенно говоря, — начал было Фэйт, тут же отметил, что говорит очень медленно и неразборчиво, но и это было неважно, поскольку рот оказался занят питьём. На вкус напоминало немного то, что сам гепард собирался сделать, поэтому особо протестовать не стал, допивая. Единорог, видимо, оказался из той же породы, что и сам гепард, и сейчас Фэйт улыбался куда-то в морду луне, довольно щурился, и в который раз за всю свою жизнь понимал, как же хорошо быть живым. Он перекатился на бок, чтобы удобнее было смотреть, как дивный валяется на траве и явно готов рассказать охотнику всё, что думает по этому поводу, но давать ему такую возможность было бы слишком большой роскошью.
Когда лунный свет по ним скользит, они кажутся просто нереальными, — поставил гепард в известность своего клиента, и чтобы не было недоумённых взглядом, пояснил жестом. То есть — просто пропустил между пальцами длинную прядь белых волос единорога, и многозначительно потянул носом воздух, так же многозначительно посмотрел на луну, — вы чувствуете этот восхитительный запах? Он говорит о жизни, олюбви… о неге, о ночи… о том, что два идиота не нашли другого времени, чтобы умирать возле костра! Запах! Да что ж мы лежим-то, как объевшиеся!
В воздухе потянуло лёгкой горечью, смешанной со сладким ароматом, несколько маленьких летучих мышей заинтересованно заметались вокруг.
Ага, я так и думал, — Фэйт поднялся на колени, пошатываясь от остаточного действия яда, — всё никак не доходило, как же он ночью цветёт, не комары же его опыляют… Побежали, нам туда, а то срывать будет нечего! Я в полном порядке, я…
Гепард сообразил, что даже не поблагодарил, но почему-то решил, что это тоже может подождать до момента, когда они закончат с делом. Но благодарно сжал руку дивного, рывком помогая встать с земли и указывая направление, где распускались нужные им цветы.
Да, в полном порядке. Мы успеваем! — и потянул за собой, увлекая в темноту леса. Нож, правда, прихватил с собой. Нечего ему там бесхозному валяться.

+1

12

Вот что значит действительно отпустило - воздух словно сам по себе проникает в лениво расслабленные легкие, кончики пальцев мелко-мелко покалывает, как после длительных тяжелых нагрузок, веки исступленно дрожат, а искусанные сухие губы сами собой растягиваются в отрешенно-глуповатую улыбку.
Чтобы пациент висел на волоске между жизнью и смертью - такое на практике Эльвина бывало крайне редко, а случаев с летальным исходом, слава Великой Матери, не было и вовсе, так что сейчас бедняге пришлось крепко понервничать. При условии того, что все бесценные запасы магических камней, снадобий и целебных трав остались дома, сейчас единорожьими копытами было совершено нечто и правда чудесное, чему сама Богиня леса нехило поспособствовала. Аарот содрогался при одной мысли о том, что могло бы случиться, не найди он спасительного безоара. Смерти гепарда из-за глупости огромного коня последний себе до конца дней бы не простил.
Спустя несколько долгих прекрасных минут, исполненных обволакивающего облегчения и ощущения счастья, ласково кусающего за пальцы ног и медленно поднимающегося вверх по гибкому телу, единорог вновь наконец обрел дар речи. Приняв сидячее положение, он вдохнул.
- Думать же на... - Но Фэйт, хитрец эдакий, в этот раз намеренно прервал грядущую тираду, да так, что после его слов и физических манипуляций желание ругаться начисто испарилось.
Аарот ошарашено моргнул. И улыбнулся, вторя блаженно-восторженному лицу охотника. Жемчужные пряди в тонких гибких пальцах Ноу горделиво сверкнули, словно взаправду впитывая жидкий лунный свет.
Наивно идя на поводу у мелодичных слов гепарда, что сейчас явно пребывал в излишне расслабленном и довольном состоянии, Эльвин с умиротворением отметил, что возвращается легкий лирический настрой...и тут же с оглушительным грохотом разбивается вдребезги, как высокие морские волны о прибрежные скалы. Мурашки по коже. Единорог только было собирался подхватить возвышенную беседу о тягучей ночной неге, как тон Фэйта резко изменился вместе со смысловым наполнением произносимых ним слов, и коню ничего не оставалось, кроме как обреченно вздохнуть и смириться с тем, что лирики сегодня не будет. Они на важном задании в опасном, пускай и прекрасном лесу, и оба уже едва не погибли, так что нужно быть начеку, а не разглагольствовать о романтике.
Рефлекторно схватившись за теплую руку гепарда, Аарот поднялся на ноги и тут же коснулся ладонями лопаток пошатывающегося охотника, готовый подхватить его в любой момент при малейшей необходимости. Врачебным взглядом заглянул во все еще бледное лицо. Нахмурился.
- Вы уверены?.. Голова не кружится? - Когда ноги вновь стали твердо держать своего хозяина, единорог убрал руки, но все еще исподтишка следил за внешними признаками самочувствия оборотня. Мало ли что может вылезти боком после сильного яда мутирующей змеи и сомнительного лечения в полевых условиях.
Поддавшись, Эльвин с головой нырнул в темноту, бросив последний взгляд на удаляющийся огонек костра.
- Это ничего, что мы огонь не погасили? - В принципе, его можно было бы и не разводить, - он особо так и не пригодился, даже чай не выпили, - да и опасно это в лесу. Только пожаров еще не хватало.
Спешно углубляясь в вязкую темноту, Аарот старался исправно уклоняться от низких ветвей деревьев, но при такой быстрой ходьбе это не всегда удавалось, и вскоре на бледном лице заалели несколько тонких царапин. Шагать по следам проводника в таких потемках просто невозможно, и единорог только и делал, что цеплялся за тонкие пальцы, боясь, что длинные темные волосы сразу сольются с ночью и спрячут охотника из виду. Синие глаза еще не привыкли к кромешной темноте, и Эльвину приходилось щуриться, чтобы разглядеть хоть что-то на земле. Высматривать наверняка еще рано, но алхимик все равно старался проникнуть взглядом в темноту, и вскоре кое-что заметил.
Большое алое пятно на кажущейся черной траве. Размытые контуры. Никак не разглядеть, что же это...
Никаких запахов Аарот не ощущал, но это его не удивило, - обонянием с оборотнем ему не тягаться. Потянув проводника за руку, единорог остановился и сделал шаг в сторону, в густую поросль кустарников.
- Погодите, там что-то есть... - Выпустив цепкие пальцы, алхимик скрылся в кустах, зашелестев листьями.
В глазах рябит, все еще ничего толком не видно. Большое алое пятно увеличивалось по мере приближения к нему. Аарот присел, протянул к загадочному нечто руку, абсолютно не ощущая никакой опасности...и резко прижал ладонь к глазам, вскрикнув от неожиданного ослепительно-яркого красного света, ударившего от прикосновения к странному...растению? Существу? На ощупь как сухой цветочный лепесток. Эльвин медленно открыл глаза, присматриваясь.

0


Вы здесь » Dal'et » Флешбэк » Не ори в лесу, ты не дома!